Новости

далее...

Рекомендуем посетить

Шоу под дождём. Программа «Признание в любви»

16 ноября Санкт-Петербургский театр танца «Искушение» представляет спектакль-шоу под дождем.
далее...

Нескучная жизнь

Владимир Демчиков: Куклы работы семьи Намдакова в галерее Бронштейна

17 декабря в галерее В.Бронштейна на Октябрьской революции открылась очередная выставка – «Куклы семьи Намдаковых».  Знаменитый скульптор Даши Намдаков (для которого Иркутск – особенный город: именно после большой выставки в Иркутске Даши стал известен) не просто занимается изготовлением кукол. Вокруг кукол у него образовалась семейная производственно-художественная артель, настоящая семейная мастерская. Даже простое перечисление участников процесса уже напоминает какую-то народную сказку: эскизы кукол делает сам Дашинима Намдаков, обработкой деревянных деталей занимается его отец Бальжин, обработкой ткани, кожи и волос – мама Буда-Ханда, металл обрабатывают братья Будажап и Дашицирен, а сестры Доржима, Санжима, Сэсэгма и Цырма занимаются изготовлением кукол.

Куклы Намдаковых – это не просто «куклы», конечно. Это прежде всего скульптуры – но скульптуры из живого материала. Они вдруг напомнили мне живописные полотна Дмитрия Крымова с прикрепленными к холсту тканями, в которые были «одеты» нарисованные на картинах люди. Обычные скульптуры того же Намдакова, стоящие в соседнем зале и составляющие постоянную экспозицию галереи Бронштейна, сделаны из долговечного и мертвого материала (камня, металла и т.д.). Это как бы чистая форма и чистая пластика, вечность и холод. Куклы же Намдаковых – это тряпочки, волосы, деревяшки, металлические побрякушки, то есть это почти игрушки. Повзрослевшие, выросшие игрушки, спрятанные за стекло и отправившиеся в поход, в ту самую ледяную вечность. Им еще можно поправить бусы, воротник, прическу, изменить положение рук, но если их не трогать – со временем они, безусловно, неизбежно превратятся в бронзовые фигурки.

Тем, кто внимательно изучает национальное искусство Бурятии, наверное, интересно будет рассматривать этих кукол в ряду фигур в буддийских храмах и домашних фигурок ритуальных божеств, духов места и повелителей стихий. Обычным же зрителям достаточно того непосредственного впечатления, которое они производят: изящные, тонкие, прозрачные и почти невесомые, будто лишенные тяжести. А «семейная» технология изготовления вообще погружает этих кукол в какой-то архаичный круговорот живых существ и предметов: они все тоже выглядят родственниками, игрушечными «детьми», «братьями-сестрами» и «родителями» в какой-то фантастической кукольной семье.

Само открытие, кстати, было интересным. Пришло довольно много народу. Особенно выделялись музейщики (их реакция, если судить по выражениям лиц, была сложной – как любая реакция наших уполномоченных государством культурных деятелей на все новое), чиновники (в том числе бывший министр культуры области В.Барышников, недавно возглавивший культурный департамент мэрии Иркутска), а также, назовем их так, коллеги В.Бронштейна по бизнесу. Думаю, интерес последних был еще и практический: а бизнес тут в чем? И к этому вопросы стоит вернуться чуть ниже.

Речь на открытии, среди прочих, держал и сам В.Бронштейн. Известный в городе предприниматель и меценат, долгое время державший в страхе всех посетителей своих культурных мероприятий из-за своей привычки декламировать стихи собственного сочинения, Виктор Бронштейн после открытия новой галереи совершил – надо отдать ему должное – переход в иное качество. И я должен признать, что мои скептические суждения о хроническом дурновкусии В.Бронштейна (в двухлетней давности тексте «Апология Бронштейна») теперь нуждаются в капитальной корректировке. Прежде всего, Виктор Бронштейн на открытии не читал своих стихов (по крайне мере я не услышал ни одного) – и это говорит о его несомненном росте и работе над собой. Во-вторых, Бронштейн действительно построил лучшую в городе галерею и, видимо, лучшее выставочное пространство на сегодня. Две подряд отличные выставки совсем не провинциального уровня – это необычно и это хорошо. То есть Бронштейна сейчас явно консультируют люди, обладающие вкусом и знающие толк в галерейном деле, и он к ним прислушивается. Для иркутского предпринимателя вообще и особенно для такого амбициозного в своих культурных начинаниях (когда-то довольно дилетантских, скажем мягко), как Бронштейн – это кажется почти невозможным. Но это произошло. Кроме этого, Бронштейн перешел в другую весовую категорию и как коллекционер: целый зал в галерее – это скульптуры Даши Намдакова, находящиеся в личной коллекции Бронштейна. Личных коллекций такого уровня, да еще и представленных публике, нет не только в Иркутске – их и в России-то не видно (вернее, о них не слышно).

И вот тут вопрос, которым наверняка задавались коллеги г.Бронштейна по бизнесу: а где тут, собственно, бизнес? Зачем это все ему, грубо говоря? Вряд ли слова самого Бронштейна на открытии о том, что «все мы должны поработать на то, чтобы молодежь перестала пить пиво и начала интересоваться искусством» (особенно пикантно звучащие из уст владельца пивного ресторана) помогут найти ответ на тот вопрос. Единственный ответ, который приходит в голову: Бронштейн, кажется, понял, что капитал должен быть «виден», и что только на виду у всех капитал не просто чего-то стоит, а начинает и что-то значить. Ведь в городе множество людей, которые побогаче Бронштейна – но где они с их капиталами? Их не видно, потому что они прячутся. Короткая перебежка из представительского авто в вип-зал аэропорта, или в двери вип-ресторана, или в вип-фитнес-клуб – и господин богатейка исчезает из виду. Заплатив налоги, он ночью спит спокойно, приняв коньячку и обняв новую маленькую и худенькую декларацию о доходах, днем работает, как папа Карло, на приумножение неналогооблагаемой базы, а вечером старательно «дружит» с нужными людьми – вот и вся жизнь простого иркутского долларового миллионера. Суетливые перебежки из авто в вип-зону рано или поздно закончатся беспокойной смертью от инфаркта – и что? Куда бежал? Капитал должен что-то значить – иначе он просто позолоченная беговая дорожка, которая крутится под ногами человека, бегущего к могиле в хорошем спортивном костюме. И Бронштейн придумал сделать из своей крошечной галерейки на задворках мебельного магазина – настоящую, взрослую, столичного класса галерею с музеем Намдакова как постоянной частью экспозиции. Бизнеса тут нет никакого (по крайней мере, пока его не видно). Но зато капитал Бронштейна, построившего роскошную по иркутским меркам галерею, впервые в новой истории Иркутска встал на уровень, сопоставимый с капиталами иркутских купцов 19 века – Бронштейн единственный в Иркутске создал крупный некоммерческий объект, рассчитанный на широкую публику. Не школу, не сиротский дом – но галерею с музеем.

Наверное, у него есть какие-то свои расчеты. Может быть, кто-то приобретет у него скульптуры Намдакова, может, будут проданы какие-то куклы, может, какие-то выставки в галерее станут прибыльными, может, он подтянет серьезные западные музеи к своим выставочным программам. В глобальном мире предметов искусства денег, кстати, крутится не намного меньше, чем в нефтянке. Но сегодня, в нашем городе, в котором пока нет толком ни публики (для сложных выставок), ни арт-критики, ни покупателей произведений искусства, галерея Бронштейна выглядит как Акрополь посреди Сахары.

Хочется пожелать ему удачи: его галерея – это красивый, безрассудный и вызывающий уважение жест. Думаю, еле заметные улыбки на лицах кукол семьи Намдаковых неслучайны: эти куклы не так просты, и что-то они понимают и про нас, и про Бронштейна.  

21.12.2015