Новости

далее...

Рекомендуем посетить

Шоу под дождём. Программа «Признание в любви»

16 ноября Санкт-Петербургский театр танца «Искушение» представляет спектакль-шоу под дождем.
далее...

Нескучная жизнь

Владимир Демчиков: «Шпионский мост»: от Штирлица и Абеля до Пауэрса и Форреста Гампа

Фильм Стивена Спилберга «Шпионский мост» уже сходит с проката, и все-таки нельзя пройти мимо этого заметного американо-советского исторического киноэпизода. Несмотря на имя режиссера, оскароносца и известного игрока на простых человеческих эмоциях, на братьев Коэнов в числе сценаристов, на благожелательные критические отзывы (рейтинг 91% на Rotten Tomatoes) и на шесть номинаций на «Оскар»-2016, «Шпионский мост» – это довольно скучное кинопроизведение. Фильм сконструирован как экранизация известной патриотичной «true story», изготовлен за сравнительно небольшие деньги (40 млн. долларов) и старательно исполнен по «оскаровскому» рецепту. Правда, количество номинаций в итоге подкачало (всего шесть), а Том Хэнкс даже не был номинирован за исполнение главной роли.

Фильм снят об известном эпизоде «холодной войны». В 1957 году в США был арестован советский агент Вилли Фишер. При аресте он назвался именем своего друга, разведчика Рудольфа Ивановича Абеля, умершего в 1955 году. И именно за Фишером впоследствии и закрепилось это имя - «Рудольф Иванович Абель». То есть в истории советской разведки есть два Рудольфа Ивановича Абеля – ненастоящий известный герой шпионского скандала и настоящий, но малоизвестный. История ареста «полковника Абеля» имела в 1957 году большой резонанс, и его защиту – чтобы соблюсти максимальную объективность – поручили страховому юристу Джеймсу Доновану, не связанному с государством. Реальному Доновану в то время был 41 год (играть его в фильме пришлось 58-летнему Тому Хэнксу, фото героев и актеров можно увидеть перед текстом). Донован был крепким и амбициозным профессионалом, защищал «полковника Абеля» как лев, выдержал обрушившуюся на него негативную реакцию американского общественного мнения – но добился для советского шпиона взамен смертной казни 30 лет заключения, сумев убедить судью, что Абель им еще пригодится на случай гипотетически возможного ареста американского шпиона в СССР. В фильме грузный и солидный Хенкс играет не 40-летнего умницу и упрямца в зените карьеры, способного практически в одиночку отстаивать решение, которое ему кажется верным (каким был Донован), а 60-летнего увальня, успешного и довольного жизнью юриста, вдруг непонятно зачем ввязавшегося в непростое дело и поначалу подставившего себя и свою семью под удар разбушевавшихся ура-патриотов. Я хорошо отношусь к Хэнксу, но не отпускает мысль, что эта роль все-таки не совсем для него.

Итак, Донован, спасший «полковника Абеля» от электрического стула, как в воду глядел: 1 мая 1960 года над территорией СССР был сбит американский самолет-шпион U-2. Пилот самолета Г.Пауэрс, нарушив инструкцию, не покончил с собой, а сдался в плен. И именно Донован отправился в Восточный Берлин для переговоров с адвокатом Фогелем (не менее колоритной, кстати, фигурой, чем Донован) об обмене Пауэрса на Абеля. Попутно Доновану удалось выторговать еще и схваченного штази американского студента Прайора, обвиненного в шпионаже. И на истории этого дополнительно выторгованного студента Спилберг ставит мощный акцент, показывая, какой молодец Донован, не был обязан – а спас мальчонку. В конце фильма на знаменитом на западе (но не у нас) Глиникском мосту между Западным и Восточным Берлином произошел первый из четырех знаменитых обменов шпионами, прославивших этот мост и закрепивших за ним на западе (но не у нас) это самое название – «шпионский мост».

Спилберг сделал хэнксовского Донована таким «настоящим американцем», который силен не столько талантом переговорщика, сколько убежденностью в собственной правоте. Перед настырной правотой Донована, как перед невидимой дубиной, в фильме поочередно пасуют все: и родные борзоватые, но нетерпеливые ЦРУшники, и неискренние русские дипломаты, и запуганные и трусоватые ГДРовцы. Все-таки Спилберг уже в котором фильме не может удержаться от желания непременно превратить всех второстепенных отрицательных героев в карикатурных персонажей, а всех второстепенных положительных – в каких-то скучных героев рекламных роликов. Единственный герой фильма, к которому и Спилберг, и Донован испытывают очевидную симпатию – это тот самый «Рудольф Иванович Абель» в прекрасном исполнении Марка Райлэнса (заслуженная номинация на «Оскар»). Невозмутимый советский разведчик, не проявляющий никаких признаков душевного беспокойства, не выдавший военную тайну и наотрез отказавшийся сотрудничать с американцами, в исполнении Райлэнса, правда, мучительно напоминает постаревшего Исаева-Штирлица, переехавшего после войны в США с очередным заданием. Та же замороженная тихоновская мимика, такой же фатализм и подчеркнутая бестелесность, как и у Штирлица, вызывают у Донована симпатию, которую только усиливает то, что Абель отказывается сотрудничать с ЦРУ и вообще ведет себя как бесстрашный солдат.

Весь фильм Спилберг всячески подчеркивает взаимную симпатию героев. И на фоне изготовленного у нас в 2009 году для Первого канала довольно бездарного пропагандистского документально-игрового фильма «Правительство США против Рудольфа Абеля», в котором рассказывается о том же самом, и американцы при этом изображены законченными сволочами, «Шпионский мост» - это просто какой-то гимн американо-российской дружбе и высокому шпионскому взаимопониманию. Герои расстаются на «шпионском мосту» почти как родные – и Донован возвращается в Америку (где его работу высоко оценивает президент Кеннеди, сделавший Донована своим специальным переговорщиком).

Поскольку на протяжении всего фильма играть Тому Хэнксу, в общем, особенно нечего, он просто весь фильм перебирает свои актерские штампы. И в электричке, например, начинает изображать Форреста Гампа, умильно смотрящего из окна на родные места – и тут же по-гамповски строго хмурящегося на перелезающих через забор хулиганов. И публика с ним в вагоне ездит всегда какая-то по-гамповски тупая: в начале фильма все смотрят на него осуждающе - ибо в газетах про него пишут нехорошее, а в конце фильма все смотрят на него с восхищением - ибо в газетах теперь его хвалят. По Спилбергу (а может, и по Коэнам) это, видимо, такая выразительная художественная деталь. Хотя на самом деле это просто обычная стариковская халтура. Но – оценим уважение, проявленное именитым голливудским старичком к нашему шпиону-соотечественнику. По нынешним временам он снял почти благородный, хоть и скучный фильм. И на том спасибо.

27.01.2016