Владимир Демчиков: Пушкинский Иркутск

Несколько дней тому назад в Санкт-Петербурге от последствий пулевого ранения умер известный человек – поэт Александр Сергеевич Пушкин. Дело было 180 лет тому назад, 10 февраля 1837 года, по старому стилю 27 января, в 14:45 по местному времени. Ранение, полученное им два дня назад на дуэли с Дантесом (пуля перебила шейку бедра и проникла в живот), было  смертельным.

Пушкин – важный для русской литературы автор, которого иногда называют создателем русского литературного языка. Но мне важнее то, что он просто был отличный писатель, скрестивший в своих стихах (да и в прозе тоже) легкую устную русскую речь с уже сложившейся к тому времени тяжеловесной литературной традицией. Результат получился таков, что многое им написанное кажется совершенно сегодняшним и читается легко, несмотря на прошедшие 200 лет. И я вполне понимаю, почему многие (и я в том числе) как-то привыкли ощущать почти физическое присутствие Пушкина в их жизни, тексты-то великолепные. И написаны, кажется, совсем недавно, и жил он, кажется, совсем недавно, и все это было почти при нашей жизни, просто немного разминулись по времени. «Вот, перешедши мост Кокушкин, опершись <…> о гранит, сам Александр Сергеич Пушкин с мосье Онегиным стоит…» – как же, буквально вчера их обоих там видели!

И отношение к его смерти поэтому у многих часто личное, я, например, не могу до сих пор спокойно перечитывать некоторые статьи и тексты о его последних днях и часах – жалко его. Поэтому никак невозможно отделаться от ощущения, что все, что происходит с Пушкиным и, так сказать, с памятью о нем – это тоже в каком-то смысле твое личное дело, твоя личная история. А что с ней, кстати, происходит в Иркутске? А все происходит на самом деле наилучшим образом.

Пушкин в 1830 году, испрашивая высочайшего разрешения отправиться заграницу, среди стран, куда он хотел бы отправиться, назвал и Китай. Добейся он зачисления в состав готовящегося тогда к выезду посольства – мог проездом оказаться и в Иркутске. Однако Бенкендорф передал ему отказ императора, и на этом все закончилось. Что не помешало академику М.П.Алексееву в юбилейной книге, изданной в 1937 г в Иркутске, опубликовать объемную статью на полста страниц под названием «Пушкин и Китай», увеличив этот маленький эпизод до размеров глубокой страсти Пушкина к Китаю.

Не доехав до Иркутска, Пушкин, впрочем, присутствует в городской среде. Улица Пушкина, например, у нас имеется – на левом берегу, где находятся все прочие улицы, названные именами русских писателей еще до революции. Улица Пушкина идет параллельно улицам Гоголя, Лермонтова. До революции это были Пушкинская, Гоголевская, Лермонтовская. Пушкинская из них была самая большая (по заслугам называли), она была расположена ближе к Ангаре и к переправе. А Лермонтовская – наоборот, была маленькая и короткая, это были уже почти выселки. Сейчас все поменялось: маленькая некогда Лермонтовская (Лермонтова) теперь тянется почти на 6 км, а улица Пушкина стала короче, от нее осталось всего около полутора километров из почти двух с половиной. Продолжение улицы после рощи «Звездочка» исчезло вообще, а улица Терешковой разрубила ее надвое тротуаром трехметровой высоты.

Есть в городе и библиотека имени Пушкина. Правда, самая большая библиотека Иркутска, областная, носит имя другого писателя, могучего титана литературы, книгами которого зачитываются поколения иркутских читателей – Ивана Молчанова-Сибирского (кстати, он поэт или прозаик? никак не могу запомнить). Библиотека для юношества у нас носит имя еще одного классика – поэта Иосифа Уткина. Из его наследия, по крайней мере, хоть что-то помнится: «Мальчишку шлепнули в Иркутске. / Ему семнадцать лет всего. / Как жемчуга на чистом блюдце, / Блестели зубы у него…». Имя же Пушкина в городе носит с 1999 года библиотека для самых маленьких – Центральная детская библиотека на ул.Франк-Каменецкого. Я в эту библиотеку, еще когда она не была имени Пушкина, в младших классах даже был записан, часто прибегал туда после школы. Брал там «Максима в стране пузырей» Юрия Самсонова, «Баранкин, будь человеком!», что-то там про космос, про поход Фиделя в горах Сьерра-Маэстра, про войну и про многое другое. Пушкина, кстати, кажется, не брал. Помню, как вкусно там пахло старыми, читанными, потрепанными книгами (не знаю, как сейчас), и как мне хотелось подольше там побыть, вдыхая этот наркотически волшебный запах. Как по мне – правильно, что имя Пушкина носит именно эта маленькая детская библиотека, мне там было хорошо.

Еще есть у нас где-то даже новый жилой массив «Евгений Онегин», про который я, правда, ничего не знаю. А главное – в Иркутске есть совершенно особенный и неповторимый памятник Пушкину. Он установлен на улице Октябрьской революции, недалеко от входа в супермаркет «Багира». И супермаркет, и бюст Пушкина принадлежат известному иркутскому предпринимателю, меценату и галеристу Виктору Бронштейну. Где-то я читал, что бюст поэта был приобретен предпринимателем без всякого предварительного согласования с городскими властями, просто для себя, в результате порыва: Бронштейну понравилась работа, и он купил.

Однако с установкой бюста Пушкина где-то на видном месте в Иркутске возникли  проблемы. Оно и понятно: бюст довольно маленький, и для большого пространства он вряд ли подходит. Да и с чего бы вдруг в Иркутске устанавливать бюст Пушкина? Какие причины? Нет таких причин. До Иркутска Пушкин так и не доехал, про Иркутск в своих произведениях, вошедших в школьную программу, не упоминал – а тогда зачем? Не Ленин, в конце концов. Была, правда, идея добавить к этому Пушкину еще бюстов русских классиков и соорудить из них целую аллею – но это все заглохло, упершись, вероятнее всего, в деньги.

И тогда, раз не получилось с аллеей классиков, Виктор Бронштейн решил установить этот бюст там, где мог. И нашел место у своего супермаркета. И даже придумал обоснование. Там, где нынче стоит его супермаркет «Багира», когда-то, как выяснилось, стоял дом иркутского мецената Ефимия Кузнецова. И вроде бы у него бывали и княгиня Волконская, и княгиня Муравьева, которые, проезжая через Иркутск к мужьям, везли стихотворения Пушкина "Во глубине сибирских руд" и "Мой первый друг, мой друг бесценный". В общем, какое-то, мне кажется, довольно некрепкое историческое обоснование, ну да какое есть.

Правда, пространства для памятника тут оказалось совсем чуть-чуть (см. фото). Пушкин стоит вплотную к стене супермаркета, кругом парковка, рядом другие магазины… Оградка, напоминающая могильную размером и фасоном, ограждает крошечное пространство вокруг бюста. И на первый взгляд все это выглядит как-то ужасно, и я сам, помню, возмущался и негодовал. Пушкин на крошечном пятачке у стенки, заставленный машинами, на фоне каких-то коммерческих баннеров – что это такое вообще?

А сейчас я думаю, что из этого, может быть, нечаянно получился вообще лучший памятник города. И мне даже в каком-то смысле безразлично художественное качество самого бюста (грешен, я не люблю скульптуры тов. Переяславца, которыми у нас заставлен весь город; весь этот «сахарный реализм» совершенно не по мне). Потому что если разобраться – Пушкину именно в Иркутске каким-то чудом удалось убежать от цепких и мертвых лап официоза. И улочка его – спряталась и съежилась, превратившись в незаметный переулок. И библиотека Пушкина – самая маленькая, для самых маленьких и, наверное, самая далекая от нынешней суетливой книжной жизни с «библионочами».

И памятник Пушкину оказался у нас в результате где-то на задворках, на парковке, чуть не на толкучем рынке. С одной стороны, он там выглядит странно. Но с другой – положа руку на сердце, ему там самое место. Пушкин оказался для нашего городского начальства каким-то неудобным классиком, которого, с одной стороны, и не отметить было нельзя (хоть библиотекой), а с другой – все время хотелось как-то задвинуть куда подальше (пусть библиотека, но – для детей). Поэтому и памятник Пушкину в городе случился такой, какой случился, – маленький и почти домашний. Как раз такой, какой и должен быть у совсем недавно жившего поэта, с которым половина местных его читателей была практически лично знакома.

Рядом с многочисленными вождями, сатрапами и кровавыми убийцами, отлитыми в бронзах и гранитах и украшающими площади и скверы Иркутска (у нас даже Вампилов – и тот похож на партработника) такой незаметный, нелепый и домашний Пушкин перед входом в торговую лавку – это неожиданное доказательство того, что наш городок пока еще жив. И что Пушкин действительно умер совсем недавно.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

Подписывайтесь на наш Instagram

15.02.2017