Лазарь Лагин: странная сказка с нелепым концом

«Глагол» продолжает еженедельные публикации обзоров иркутского историка и журналиста Владимира Скращука о редких книжных изданиях, многие из которых сохранились в Иркутске в единственном экземпляре.

Лагин Л. Атавия Проксима. Фантастический роман. – М.: Издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая Гвардия», 1956. – 480 с.

Если спросить у современного российского гражданина «Кто такой Лазарь Лагин и чем он знаменит?», люди до 30 лет вероятно не скажут вообще ничего, а люди постарше может быть вспомнят про старика Хоттабыча и пионера Вольку. Между тем, Лазарь Гинзбург (смастеривший псевдоним из начальных букв имени и фамилии ЛАзарь ГИНзбург) начал писать уже в первой половине 1920-х, и писал он, что примечательно, цикл «Обидные сказки». Последний роман Лагин завершил сорок лет спустя, а последней книгой стали воспоминания о Маяковском, изданные в 1974 году.

Всю жизнь Лагин с увлечением дополнял и переписывал свои произведения – тот же Хоттабыч был придуман в середине 1930-х, а переписывался еще тридцать лет спустя. Роман «Атавия Проксима» был начат в 1951 году, издан в 1956-м, а в 1963 году Лагин внезапно дописывает к нему еще одну главу, которой не было в первой версии. Делать этого совершенно не стоило, поскольку весь роман можно было с чистой совестью включить в тот самый цикл обидных сказок. Обидным, если не оскорбительным, он был в первую очередь для читателя, который, как мы помним, любит две вещи: детективный жанр и думать, что он умнее автора.

На протяжении почти полутысячи страниц перед читателем разворачивается эпическая по своей масштабности и катастрофическая по глупости ситуация. В некой стране Атавии, занимающей без малого целый континент, некий генерал по договоренности с частью правящей партии и воротилами военно-промышленного комплекса решает нанести массированный ядерный удар по…вы было подумали «по СССР», что было бы логично в свете недавно начатой «холодной войны», но нет – по странам НАТО и их сателлитам, чтобы возбудить в народах всего мира ненависть к коммунизму и странам советского блока. Однако из-за непроходимой глупости непосредственного исполнителя операции, который должен был сначала открыть люки ракетных шахт (поворотом единственного ключа на одном пульте, заметим), а уже потом дать команду на старт тысяч ракет с ядерными боеголовками (опять же единой командой с одной кнопки), люки не раскрылись. И ракеты взорвались прямо в своих шахтах.

Поскольку по прихоти автора ракетные базы располагались строго по границам страны-континента, Атавию как марку из единого блока вырвало из земной коры и зашвырнуло в космическое пространство. Таким вот способом за несколько лет до запуска первого советского спутника, Атавия стала первым искусственным спутником Земли. Причем очень большим – в Атавии проживало 30 миллионов человек, а в соседней с ней Полигонии (она занимала остальную часть континента) еще 6 миллионов.  По той же прихоти автора, плохо представлявшего себе реальные последствия  планетарной катастрофы такого масштаба, атавцы ничего, кроме небольшого землетрясения, не почувствовали, и еще несколько недель подряд ничего не понимали.

Весь этот бессистемный антинаучный бред заботливо спрятан примерно на страницах с 30 по 35. И это правильно. Если бы он излагался в соответствии с хронологией событий в самом начале, оскорбленный в лучших чувствах читатель должен был отбросить книгу и засесть строчить злобное письмо в издательство. Серия, в которой издана книга, называется «Библиотека научной фантастики и приключений», что очень похоже на знаменитую серию «Библиотека приключений и научной фантастики» - но это абсолютно разные вещи. Во второй серии, принадлежавшей «Детгизу» с 1936 года, всего через три года начали издавать братьев Стругацких, и в целом в ней было много достойных авторов. В первой, принадлежавшей «Молодой гвардии» с 1947 года, издавали знаменитого в свое время Ник.Шпанова, и одного из редакторов «МГ» Александра Казанцева, автора удивительных по планетарным масштабам и примитивности воплощения идей. Насколько серия «МГ» была хуже серии «Детгиза» можно судить хотя бы по тому, что у редакции «МГ» не хватило фантазии на собственное название, и они эксплуатировали чужое, лишь поменяв порядок слов.

Критиковать такое издательство стоило, а конкретный роман Лагина в особенности, но толку от этого не было бы ни на грош. И читателю, потратившему на книгу 8 рублей 50 копеек (после реформы 1961 года – 85 копеек), пришлось бы читать до конца, с каждой страницей все более бесясь от бессильной злобы. Чтобы читателю не было скучно и чуть более понятно, Лагин практически в каждой главе вводит все новых и новых персонажей, иногда возвращаясь к уже названным, а иногда и нет. Начинается повествование с приключений некого физика профессора Гросса, который эмигрировал в Атавию до войны из-за антифашистских убеждений. Фамилия, как надеялся должно быть Лагин, даст читателю понять, что это великий ученый – примерно так же, как фамилии Ноздрев, Плюшкин и Коробочка должны были дать читателям Гоголя представление о характере этих персонажей.

Добродушный и слегка не от мира сего (как все ученые из фантастических романов) Гросс вместе с женой едет на другой конец страны, чтобы…если вы подумали «принять участие в научной конференции», то увы – он едет играть в кегли (мы бы сказали боулинг). Поразительным образом Лагин, коему хватило фантазии придумать историю про джинна, попавшего в СССР, не смог придумать для героя (значительную часть книги он даже кажется главным героем) занятие поинтереснее. Хотя персонаж на минуточку – выдающийся физик, разработавший дешевый и эффективный способ получения урана-235. То есть про уран Лагин знает, а чем занять досуг человека, в обычное время погруженного в очень сложные материи, нет. Зато в накручивании глупостей и несуразностей одна на другую у Лагина найдется мало конкурентов.

Тот самый военно-промышленный комплекс, уже извещенный о катастрофе с подрывом ракет и отрывом от Земли, не находит себе занятия полезнее, чем продолжение гонки за наживой. Местная валюта  называется «кентавр», но, судя по всему, на ней изображен местный вариант этого мутанта - человек с головой лошади. Иначе как объяснить тот факт, что из военно-медицинского центра, принадлежащего некой семейке Патоген, выпускают зараженных особо смертоносным штаммом чумы крыс и майских жуков, а военные без тени сомнений продают тем же Патогенам весь государственный запас античумной вакцины? Не иначе как еще раньше Патогены разработали и применили против соотечественников бактерии идиотизма, сработавшие в первую очередь на руководстве государства.

Пока до обывателей доводят информацию о случившейся утечке чумы, пока начинают вакцинацию выкупленной обратно (за совсем другие деньги) вакциной, пораженное идиотизмом руководство Атавии анализирует ситуацию и приходит к выводу: еще несколько дней, и экономика рухнет. Так и есть, поскольку вся она заточена на военно-промышленный комплекс, а военное снаряжение без вероятного коммунистического противника вообще никому не нужно. Поэтому руководство страны срочно идет на переговоры с соседней Полигонией, и предлагает начать между двумя почти братскими странами войну, но строго в оговоренных рамках.

По строгим законам глупости война таки начинается. Стороны бомбят заранее оговоренные города, войска наступают и отступают по заранее согласованным направлениям, экономика работает. И никто не замечает ни изменившуюся силу тяжести, ни странное движение светил, ни, в конце концов, встающую по ночам над горизонтом Землю, которую так или иначе должны были наблюдать все, у кого не отказало зрение. Но пока местные власти отвлекают население местной идеологией, которая носит название «атавизм» (создается впечатление, что именно ради этого поворота Лагин придумал весь сюжет), писатель отвлекает внимание читателя описанием военных действий, приключениями незадачливого авантюриста по фамилии Наудус и внезапно – столкновениями на расовой почве. Оказывается, что в Атавии проживает некоторое количество чернокожих граждан, которые имеют примерно равные с белыми права (по крайней мере, служат в армии и владеют магазинами), но одновременно служат «мальчиками для битья» для полиции и союза ветеранов (непонятно какой войны).

С каждой новой главой хаос нарастает. Военным, как обычно, довели информацию лишь «в части, их касающейся», и они начинают воевать всерьез, без поддавков. Часть таких самостоятельных командиров показательно расстреливают перед строем. В ответ их подчиненные уходят в партизаны, и начинают воевать вообще против всех. Посреди войны, приносящей все большие потери мирному населению, всплывает на поверхность тот самый дурак-майор, который повернул не тот рубильник и запустил страну в космос. Он оказался даже глупее, чем казался сначала, потому что не сохранил военную тайну и простодушно поведал миру, как все началось. Майора быстренько «самоубили», но СМИ, несмотря на атавизм, патриотизм и военное положение, успевают разнести информацию об инициаторах всего кризиса. Тут масла в огонь подливают коммунисты, ушедшие в подполье: они распространяют листовки с текстом, состоящим практически из одного слова – «Думайте». По логике вещей население, пораженное войной, чумой, экономическим кризисом, межрасовыми конфликтами и надвигающейся перспективой остаться без атмосферы в течение ближайших четырнадцати лет, не должно думать – оно должно паниковать, это было бы более естественно. Но кое-кто и правда начинает думать.

А вот о чем – автор нам не рассказывает, потому что у него новая идея: атавизм устарел, ему на смену идет новая идеология, а на смену старой двухпартийной системе – Союз обремененных семей. Все старые персонажи забыты (профессор Гросс и братья Патогены не упоминаются уже страниц сто подряд), а все внимание переключается на лидера движения – бывшего полицейского агента и штрейкбрейхера Паарха. Атавия, надо тут сказать, государство простое и откровенное: все знают, что помимо официальных властей и Союза предпринимателей есть еще преступный синдикат, и все знают, кто там какую должность занимает. Синдикат дает воровать и грабить, а отдельных самодеятельных преступников отлавливает и сдает полиции. (Как тут не вспомнить запрещенное в РФ движение АУЕ, лидеры которого якобы тоже боролись с «беспределом»). В одно мгновение Паарх становится президентом, а лидер Синдиката – заместителем министра юстиции.

И вы знаете – у Лагина жулики и бандиты справляются с функциями распределения товаров и поддержания порядка примерно с той же эффективностью, что чиновники и полицейские. Вымысел чистой воды, конечно, хотя написано довольно интересно. Временами даже кажется, что вообще-то Лагин писал некий ответ Оруэллу и прогнозировал развитие капитализма до того же самого 1984 года. Но увы, это ошибочное впечатление.

От этих глав книги Лагина протягивается ниточка в будущее, к роману Сергея Другаля «Язычники», где в последней капиталистической стране на Земле действует такой же бандитский Синдикат, точно также приходит к власти, и точно также ради обеспечения занятости возникает «нео-луддизм», разрушающий роботов и станки. Важное отличие состоит в том, что Другаля читать по-настоящему интересно.

Тем временем Паарх предлагает бросить все силы на строительство астропланов, чтобы высадить десант на земле и завоевать для атавцев новое «жизненное пространство». Мог бы получиться интересный поворот в советскую «космическую оперу», но Лагин бьет себя по рукам и тема не развивается.

Жемчужиной в мутном потоке этой плохой фантастики выглядит сюжет с политтехнологом Тарбаганом, который помогал Паарху разрабатывать новую государственную политику и писал для него речи. Тарбаган был уроженцем Полигонии, поэтому именно ему власти Атавии (старые и новые в едином порыве) предлагают возглавить симметричное СОС общественное движение, которое заменит старое правительство и продолжит взаимовыгодную войну. Но отправленный в Полигонию самолет с новым правительством по ошибке садится на захваченном партизанами аэродроме, и Тарбаган без промедления сдает всю историю атаво-полигонской войны сначала партизанам, а потом и СМИ.

К этому моменту читатель с недоумением поглядывает на последние страницы книги, до которых остается от силы десять-двенадцать, и видит там слово «конец». По ощущениям, на развязку всех сюжетных линий нужен еще один том примерно такого же объема. Что будет с Паархом, куда пропал Гросс, как, в конце концов, решиться проблема возвращения на Землю или выживания на ее спутнике 36 миллионов человек? Но нет, Лагин сообщает лишь, что он отказывается рассказывать эту историю, что будущее атавцев в их руках, а он сам смотрит на него «вполне оптимистически».

Более нелепого финала фантастического романа в нашей литературе не было. Разве что обещание построить коммунизм к 1980 году.  

                                                   Владимир Скращук, для «Глагола»

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

Подписывайтесь на наш Instagram

07.09.2021


Новости партнеров