Две пятилетки без "дома на ногах"

Историк, публицист Сергея Шмидт в своей колонке в "Иркутской торговой газете" напомнил нам о том, что ровно десять лет назад Иркутск лишился одного из известнейших архитекторных строений Владимира Павлова. "Глагол" с большим интересом вспомнит о нем вместе с автором.

Сергей начинает с цитаты. 

««Дом на ногах» простоял в недостроенном состоянии на главной площади города более 25 лет, как бы обличая ушедшую власть в неспособности завершить начатое и вопрошая новую о ее созидательных намерениях. Стройка обладала высоким архитектурным потенциалом и оставляла надежду хоть на затянувшийся, но счастливый конец. Конец оказался другим»,- написал архитектор Владимир Бух в книге о знаменитом архитекторе Владимире Павлове, авторе множества архитектурных шедевров в позднесоветском Иркутске. «Дом на ногах» - сообщу непосвященным, что речь идет о недостроенном здании горкома КПСС и горисполкома – долгое время оставался самым известным иркутским долгостроем, точнее, недостроем. Он был окончательно ликвидирован ровно десять лет назад (в мае 2008 года), пополнив список объектов, исчезнувших из реальности, но надолго легендированных в иркутской памяти. 

Когда «дом на ногах» еще стоял на своих ногах, он поставлял материал для разнообразных иркутских шуток, обычно разной степени политичности. Помню, в перестройку, особенно когда СССР распался, шутили, что вот «колосс империи» исчез, а ноги от него остались. Более того, когда «дома на ногах» не стало, на его тему все равно продолжили шутить. Когда в Иркутске появился памятник М.М. Сперанскому, то тут же стали юморить, что «безногий Сперанский» рвался в Иркутск, чтобы обрести наконец-то ноги, но «ноги его не дождались».

Расскажу я и свою личную историю о «доме на ногах». Дело в том, что именно с ним у меня связано появление – у советского ребенка! – первых практически антисоветских мыслей. Если по фактам, то совсем первые такие мысли я зафиксировал в собственной голове, когда пребывал в старших группах детского сада. Но они больше были связаны с темой общего несовершенства - то есть, неразумности - мира, а не конкретно с советской властью. В детском саду я многократно наблюдал, как после завтраков или ужинов в большой бак сливалось (и уносилось потом непонятно куда) огромное количество недопитого детьми молока, которое дети недопивали потому, что большинству из них не нравилось кипяченое молоко, особенно с пенками. А другого молока пить детям было нельзя. Я смотрел на это загубленное молоко и вспоминал какие-то домашние обсуждения проблем с молоком в магазине – привезли или не привезли, долго ли пришлось стоять в очереди? Вспоминал и задавался вопросом, почему бы это оказавшееся ненужным детям молоко не отдавать в магазины, где взрослые его купят и с удовольствием употребят в том виде, в каком посчитают необходимым?

Повторюсь – это были мысли и сомнения по поводу общества как такового.

Нехорошие мысли по поводу советского общества пришли в пятом классе, когда наш класс отправили в экскурсию по родному городу на специальном автобусе и с настоящим экскурсоводом. Совершенно не помню, в какие места нас возили, но отчетливо помню каждое слово, которое произнесла женщина-экскурсовод, когда мы проезжали мимо «дома на ногах»: «Здесь мы видим стройку горкома партии. Сейчас стройка заморожена в связи с недостатком средств…». Это все. Экскурсовод перешла тут же на другие темы. А в моей же детской голове возник вопрос: «Все ли в порядке в советской стране и с нашим безоблачным будущим, ежели приходится экономить на строительстве зданий для самой коммунистической партии?» Этот вопрос мучил меня несколько дней. Даже, наверное, несколько месяцев. Я так и не решился задать его взрослым. На него появились ответы ближе к концу школы. И на него был дан окончательный ответ в 1991 году. Но то, что случилось в 1991 году, лично для меня началось за девять лет до этого с иркутского «дома на ногах».

Советская Атлантида ушла в пучины мировой истории больше четверти века назад. «Дома на ногах» не стало 10 лет назад. Помянем!

Сергей Шмидт, Иркутская торговая газета


14.05.2018