Новости

далее...

Рекомендуем посетить

Наличники Иркутска на выставке

Персональная фотовыставка Ярослава Шиллера «Panta rhei - наличники Иркутска» начинает свою работу в Арт-галерее «DiaS»
далее...

Прямая речь

далее...

Среда обитания

Иркутск: в поисках выхода из провинциального гетто

В начале июня в Иркутске прошел дискуссионный клуб «Культурный код Иркутска», организованный клубом "Губерния", фондом "Байкальские стратегии", фондом Ю.А. Ножикова и информационным агентством "Байкал24". Тема так задела участников, что в течение недели обсуждалась в социальных сетях.  Модератор клуба Андрей Фомин, он же главный редактор журнала "Иркутские кулуары", на минувшей неделе осчастливил всех новым номером журнала, в котором опубликованы тексты участников дискуссии. С разрешения автора Владимира Демчикова "Глагол" публикует статью, представляющую расширенный текст его выступления. Нам кажется, что она не оставит вас равнодушными.

 

Если посмотреть на новости об Иркутске (и в СМИ, и в соцсетях) – создается впечатление, что с городом, в общем, все хорошо. Население растёт, город хорошеет, жилья строится больше, чем вводится в эксплуатацию, здания из стекла и бетона вытесняют из центра замшелые и самовозгорающиеся деревяшки на радость любителям культур-гламура. Начальство улыбается, в соцсетях водят хороводы местные активисты, кругом всевозможные фестивали, по улицам ходят толпы китайцев (все же мечтали о росте турпотока? Вот вам и турпоток!) – то есть налицо процветание и прогресс. Печальные истории вроде смертельного «боярышника» воспринимаются активистами как досадное недоразумение, а хроническими конспирологами – даже как факт политической борьбы, не стихающей ни на секунду. Кажется, что если еще немного всем вместе навалиться – и будет уже совсем хорошо!

Сторонников такого светлого и оптимистичного взгляда на наш прекрасный город достаточно много. Они носятся с любимым Иркутском, как Пятачки с воздушным шариком, и совершенно не хочется их отвлекать от любимого занятия. Пусть радуются, к ним мы вернемся чуть позже. Пока же давайте взглянем на всё это счастье и процветание с другой стороны – вернее, просто со стороны.

Что произошло с Иркутском за последние сто с лишним лет? Возникший и разросшийся благодаря своему удачному некогда географическому положению, с начала двадцатого века до наших дней город пережил бурный рост, и его население выросло за сто лет более чем в десять раз (с 50 с чем-то тысяч в начале ХХ века до 600 тысяч сегодня). Но сегодня Иркутск, к сожалению, утратил это преимущество и оказался в стороне от транспортных и людских потоков. Как транспортный и логистический узел Иркутск давно уже имеет только региональное значение. Как один из форпостов агрессивного освоения восточных территорий (полезные ископаемые, гидроэнергетика, металлургическая промышленность и так далее) – тем более. В последнее время население города растет в основном в результате миграционных процессов, в то время как собственно население Иркутской области уже давно уменьшается.

С 2000 по 2016 год население Иркутска, например, увеличилось на 29 724 человека (в 2000-м было 593 700, в 2016-м стало 623 424), а население Иркутской области с 2000 по 2017 годы уменьшилось на 234 585 чело (с 2 644 022 в 2000-м до 2 409 437 в 2017-м). То есть за 17 лет с карты области исчез, условно говоря, город численностью с Ангарск.

В Иркутск пока еще едут из более мелких населенных пунктов, в которых хуже качество жизни. Но когда прекратится нынешний небольшой рост рождаемости (то есть когда начнут рожать куда более малочисленные следующие поколения), и когда иссякнет население в тех территориях, которые сегодня служат источником для пополнения жителей Иркутска, – население нашего города, увы, тоже начнет уменьшаться. Будет сокращаться и количество жителей области, и, по прогнозам, население всей России, потому что такова возрастная структура нашего народонаселения – об этом давно говорят демографы. По самому оптимистичному прогнозу ООН, население России сократится к 2050 году на 24 миллиона человек и составит 116,097 миллиона. Продолжит еще какое-то время расти население городов-миллионников, куда будут стекаться люди из малых населенных пунктов, городов Севера и Дальнего Востока. И лучшее, что может в этом смысле произойти с Иркутском в ближайшие десятилетия, – это замедление снижения его численности за счет «перехвата» какой-то части мигрирующего населения, стремящегося в большие города.

То есть нужно трезво понимать, что перспектив какого-то глобального роста и развития у Иркутска практически нет. Добавьте сюда невысокую продолжительность жизни (минус 10 лет по сравнению с Москвой), нашу катастрофическую удаленность от столиц и просто больших городов, высокую преступность, проблемы с экологией (то есть то, из чего складывается качество жизни) – и становится более-менее понятно, почему уже сегодня из Иркутска уезжают те, кто имеет возможность и желание.

Принято считать, что надо пытаться население как-то удержать. Начальство даже деньги выделяет на то, чтобы в СМИ и соцсетях журналисты и пиарщики за это агитировали. Хоть на самом деле все прекрасно понимают бессмысленность этой агитации. Если бы зарплаты у нас были выше, чем в тех же Красноярске и Новосибирске, – отсюда бы и без всякой агитации никто не уезжал. Зарплаты, однако, не выше, а – ниже. И тут, конечно, при отсутствии денег все начинают вспоминать про культуру, будь она неладна. Дайте человеку хотя бы немного «культуры» (раз уж денег нет), развлеките его, твердят эксперты и примкнувшие к ним активисты, наполните каким-то культурным содержанием его жизнь – и тогда он от радости забудет про зарплату, раздумает уезжать, и все у нас наладится. Идея про «культуру» вполне, конечно, абсурдная, однако давайте все же разберемся, как у нас тут с культурой.

Во-первых, вся культурная инфраструктура Иркутска до сих пор остается советской. У нас есть все, что полагалось областному центру по советской разнарядке: драмтеатр, музкомедия (столице автономной республики полагалась опера), ТЮЗ, два–три музея, библиотечная сеть – и к этой советской инфраструктуре в последние годы не добавилось ничего. А кое-что даже исчезло. Нет больше крупного книжного издательства (оно не нужно рынку), нет больше студии кинохроники (та же история), в кинотеатрах – преимущественно коммерческий прокат, потому что зарабатывают они на продаже попкорна. Около десятка зрительных залов, в советское время работавших в центре города как площадки для концертов, спектаклей и кинопоказов, исчезли, перепрофилированы или поставлены на вечный ремонт. В общем, в Иркутске идет объективный процесс, характерный нынче для всей страны: «культурное сжатие». Все основные достижения иркутской культуры (например, Вампилов и Распутин), которыми сегодня в городе принято гордиться вслух, – тоже родом из СССР.

Единственной индивидуальной чертой нашего города и городской среды пока еще остается уникальная деревянная застройка. Но она давно уже всем мешает, как тот самый чемодан без ручки. Жильцам в ней плохо (удобства во дворе), городскому начальству от нее одна морока, бизнесу проще на месте деревяшек поставить убогие, но функциональные бетонные коробки. Несколько специалистов и просто умных людей, понимающих важность сохранения деревянной застройки для нормальной жизни города (как раз, между прочим, для ее наполнения чем-то настоящим и важным), выглядят какими-то малахольными баламутами, и их давно никто не слушает.

Модель руководства культурой также остается советской, причем упрощенной до предела. Сегодня городская культура – это просто часть местного политического процесса, находящаяся где-то между образованием и спортом. Значимость культурного события определяется теперь с критически важной точки зрения: удалось ли уговорить мэра или губернатора засветиться на его фоне. Если «был мэр» или «был губернатор», а особенно если открыл или выступил – то и событие значительное, а если «никого не было» – то и событие никакое.

Многочисленные культурные мероприятия теперь часто проводятся в Иркутске на деньги частных культурных фондов. Это вовсе не плохо, а даже хорошо, причем хорошо всем: и людям, живущим в Иркутске, и этим самым фондам, и иркутскому начальству (и деньги не из бюджета, и работать не надо). Есть, впрочем, и мероприятия, деньги на которые выделяются из местных бюджетов, – но и в том и в другом случае работает одна и та же матрица: на эти деньги нужно «привезти что-то или кого-то из столицы». Причем мероприятие может быть как успешным, так и провальным – нигде (кроме как, может быть, в соцсетях) и никого вопрос успешности и важности мероприятия не интересует. Провели – и хорошо. Кажется, город и область давно уже утратили желание и способность делать в городе что-то серьезное и большое своими силами. Учреждения культуры города и области живут сами по себе, а форумы и фестивали – идут сами по себе. Доходит до смешного: на круглый стол «Региональная культура: точки роста», проведенный с участием ведущих российских специалистов в рамках очередного культурного форума, деньги на который выделила областная администрация, не пришел ни один представитель культурных учреждений областного подчинения. То есть деньги-то выделили, а зачем – непонятно, эксперты съехались в Иркутск, выступили друг перед другом и разъехались по своим городам.

В общем, в развитие культурной инфраструктуры и культурной жизни иркутское начальство в лице мэрии и губернатории особенно не вкладывается. Форумы проходят, театры работают, оркестры играют – чего еще надо? В культуре, как говорил один мой товарищ, заслуженный работник этой самой иркутской культуры, главное – «не расплескать». Все тихо, скандалов и забастовок с голодовками нет – вот и хорошо, и слава богу. Мне, кстати, могут возразить насчет развития инфраструктуры: а как же, например, новая библиотека? Ну да, конечно: если считать здание новой библиотеки, в котором дожди заливали книгохранилища, развитием инфраструктуры, то у нас с инфраструктурой все хорошо. Единственное новое, кстати, что возникло за последние годы, – это несколько частных галерей, да еще крошечный независимый театрик. Но и вокруг театрика уже забегали, потирая ладошки, местные профессиональные доносчики.

Но самая большая проблема даже не в том, что культурная инфраструктура в Иркутске остается советской и город уже давно пассивен и в основном рассчитывает в культуре на деньги и инициативу варягов. Хуже, что даже те, кто вроде бы что-то соображает, продолжают уговаривать себя, что у нас все нормально. Их все устраивает: качество спектаклей в местных театрах (кстати, где рецензии на них? – а нету никаких рецензий, кроме однообразно комплиментарных), почти полное отсутствие альтернативных театральных проектов, довольно убогий уровень массового иркутского кинопроката, деградация городской среды и даже хладнокровное ее разрушение. Причем все это считают нормой не только «профессиональные иркутяне», которым положено петь песню о том, как у нас все «прекрасно», но и просто хорошие добрые люди. Им почему-то кажется, что любить город можно только в форме доклада какому-то невидимому начальству о том, что у нас все хорошо, и в форме защиты Иркутска от каких-то мифических нападок.

Погрузившись в атмосферу этой коммунальной «любви», город потихоньку, незаметно для себя, превратился в настоящее культурное гетто, перестав замечать даже то, как живут и чем дышат ближайшие соседи. И перестав интересоваться, кстати, как Иркутск воспринимается издалека. Совершенно никого уже не задевает, когда на канале «Культура» ведущий, принимая иркутский музыкальный коллектив Анны Климашевской, высокомерно интересуется у нее: «А в Иркутске вообще есть люди, которые знают, кто такой Игорь Северянин?». И никому уже не кажется странным, что программа, например, «книжного фестиваля» написана таким же примерно языком, каким пишутся анонсы к тюзовским спектаклям для младших школьников. Даже теми, кто вроде бы приезжает в Иркутск с чем-то хорошим, Иркутск воспринимается как глубокая дыра, в которой живут в общем хоть и хорошие, но достаточно темные люди, и в котором не происходит ничего интересного.

Время от времени кто-то из местных инициативных людей пытается пробить стенку этого гетто, как, например, наш фестиваль поэзии. Но поэзия плохо конвертируется как в формат публичного мероприятия, так и в медиапродукт. А если в каком-то культурном мероприятии нет больших бюджетных или больших спонсорских денег, или если оно не служит их получению в будущем, такое мероприятие не интересно ни СМИ, ни большинству «профессиональных иркутян», все-таки старающихся любить Иркутск по возможности за малую копеечку. О таком бесполезном мероприятии напишут мало и сквозь зубы, организаторы будут на это обижаться, потом все переругаются – а публика просто плюнет и пойдет в кино на «Форсаж» или на семейный мультик. А лучше всего – на салют. Салют сейчас у нас в городе – главное культурное мероприятие. Недалек тот светлый час, когда, наконец, пытаясь совместить популярное пиротехническое развлечение с высокой культурой, у нас начнут ставить салюты по произведениям Вампилова и Распутина.

Выйти из состояния провинциального гетто, кстати, несложно. Нужно просто перестать врать самим себе, что у нас тут «все хорошо». И если уж у нас нет ни сил, ни денег на развитие инфраструктуры и на серьезную проектную работу в сфере культуры, нужно хотя бы не заниматься бессмысленным делом удержания населения, а наоборот, помогать молодым талантливым ребятам покидать Иркутск как можно раньше. Чем больше молодых ребят найдут в Иркутске трамплин в будущее (через какой-то конкурс, фестиваль и так далее) и окажутся в большом мире – тем, между прочим, сильнее в Иркутск будут стремиться родители других молодых ребят. Иркутск должен быть местом, в котором находят и развивают детские таланты и из которого удобно стартовать. И чем больше их будет разъезжаться из Иркутска – тем больше вероятность того, что кто-то из уехавших когда-нибудь что-то вернет родному городу.

Сейчас же отношения Иркутска с уехавшими отсюда строятся чаще всего по двум распространенным моделям: либо для уехавшего малая родина – это «дойная корова», либо выперли человека из города коллективными усилиями – и забыли, как страшный сон.

Выход из провинциального гетто – в том, чтобы осознать реальное, а не нафантазированное место Иркутска в «большом мире». Потому что не за горами – новые и совсем не лучшие для города времена.

 

Владимир Демчиков, Иркутские кулуары, №40, 2017 год.

Если кто-то желает получить свежий выпуск журнала "Иркутские кулуары", то может обратиться по адресу: Иркутск, ул. Чкалова, дом 36, офис 301-302, информационное агентство "Байкал 24"

Фотоколлажи Владимира Демчикова


15.10.2017