Издательство «МИФ»

Сергей Перевозников: Фермер. Жизнь на грани

Глава 1. Начало

Век живи, век учись. Не знаю, сколько проживу, но учусь всегда. А чаще жизнь учит. Дорого покупаю опыт. После покупки его использую, но бывает, выбрасываю. Забываю. Уходит за ненадобностью.
Например, туризм как операционный бизнес. Приобрел опыт, достиг нормальных результатов – в пятерку туроператоров по Байкалу вошел и увидел, что Байкал маленький для большого туроператора и ушел. Маленьким туроператором быть хлопотно, недоходно, рисково и нетиражируемо. Пока ты работаешь – бизнес есть. Перестал работать – бизнеса нет. Никогда ты не станешь владельцем бизнеса, контролирующим его, но не работающим в нем. 
Сезонность не даст. И низкий порог вхождения, любой сотрудник завтра хозяин стола и агент. Ну и нестандартный продукт, каждый раз индивидуальность. Ателье индивидуального пошива, где из основных фондов бренд и сотрудник. Про сотрудников выше, а бренд во время интернета, как гарантия выполнения услуги и владелец связей не нужен. Все сами с усами. И дешевле, считается. Бренд останется только специализированный, индивидуальный, типа школы каюров, ледовых экспедиций, айсмарафонов и пр. Но это для фанатов, кто сам так живет.
Поэтому опыт туроперейтинга потихоньку забывается, хотя иногда и использую для себя и товарищей, да туры в Заречном делаю. Но взгляд, назовем его экспертным, остается. Иногда помогает. Например «Табун Ветров» сделали – 384 лошади изо льда в натуральную величину со всеми сопутствующими плясками, картинки красивые на www.baikalhorse.com. Ну, а только что прозвучавшее Имение Заречное это турбаза на Байкале. Инфраструктура. 

У инфраструктуры будущее есть. У сети экоотелей, не буду углубляться здесь, у некоторых видов гостиниц, пароходов (не всех) и причалов, сферы услуг (кафе, некоторые развлекухи, в удачных местах). Под будущим я имею в виду то, что может быть бизнесом без непосредственного ведения работ владельцем бизнеса. Не то, что я хочу быть рантье, я хочу создавать, управлять, контролировать, но не хочу быть белкой в колесе, без которой колесо мертво. Хотя руки до сих пор чешутся.
Вот с имения Заречного, точнее с лошадей, с любви к ним и началось мое фермерство. Был там и расчет, была и готовность и понимание сельской жизни (корни) и любовь к доброму делу, и желание настоящего и желание построить колхоз, по всем правилам бизнеса.

Глава 2. Ретроспектива

Был стартовый капитал, немного земли, опыт создания успешных проектов, понимание, что питание это вечно. Было изучение рынков, разговоры с представителями отрасли, от чиновников до работяг, было решение.
Прошло восемь лет. И вот теперь сижу я и думаю, то ли хозяйство для меня, то ли я для хозяйства. Вижу развилки, победы, ошибки. Свои ошибки, коих много и ошибки среды, институциональные, а может и институциАнальные, многое тут через зад делается, а так мы миллиард не накормим. Это я считаю, должна быть цель России – накормить миллиард, тогда нам и нефть по 10 баксов не страшна будет.
Поэтому и решил семь лет на фоне эпохи вспомнить, за которые из хозяйства еще два бизнеса выросли, не считая Заречного, это эко-базар.рф и Байкальские фермы, почему так сельское хозяйство себя чувствует, да думаю, не только оно, не бывает узкоотраслевых подходов в управлении и почему у меня такие мысли появились. 

Прошел я три фазы в своем хозяйстве – рост, местами бурный, плато, попытка урегулирования отношений с Россельхозбанком и спад. Вывод первого этапа - не бойся. Второго – не проси. Третьего… Третьего, не хочется чтоб было не верь. Поэтому год пятнадцатый для меня будет юридический.
Притом юридический это не только, или не столько судебный, сколько организационный. Результатом должна быть окончательно сформированная структура бизнеса, собственности, долгов и договоров. Три ре. Реструктуризация. Редизайн. Рестарт. 
И в этой игре КФХ не ферзь. К сожалению. Уже не ферзь. Хотя, на самом деле, это основа. Помните Кутузова – «Если мы потеряем Москву, мы не потеряем Россию, если потеряем армию, мы потеряем Россию». Нынешнее хозяйство на кону, но вопрос ставок и вопрос времени. И так два года жизни вполнакала. Нужна свобода и оперативный простор. 

Глава 3. Круг замкнулся

Карма. Есть такое слово. А еще есть такое понятие как родимое пятно, а ещё.. Ладно, хватит присказками заниматься, про карму скоро сами поймете.
Жил-был в Бугульдейке леспроомхоз. И была у него гостиница. И умер леспромхоз. И досталась гостиница Агропромбанку за долги. И выкупил у Агропромбанка ее я. А Агропромбанк купил Смоленский, был такой олигарх. И он сказал, нельзя собственность на Байкале отдавать и заморозил сделку. И целый год бился с банком я, чтоб взять гостиницу и победил, выкупил. Помог мне в этом деле товарищ мой, Владимир Ильич, человек скромный и хлебный, за что ему большое до сих пор спасибо.
И стала гостиница Имением «Заречное» www.baikalkoni.ru, потому что за рекой от деревни, на опушке леса, под скалой, под Мишкиной горой.
Расстроил я ее, благоустроил, завел лошадей, организовал турпоток и стал жить-поживать, добра наживать. И жену. И детей. И было все у нас хорошо, и подумал я – надо сделать бизнес всесезонным, надо конюшню построить, да и вообще… Бизнес должен быть надежным и большим.
И пришел в Министерство сельского хозяйства и говорю – я лошадьми занимаюсь, хочу сделать репродуктор владимирских тяжеловозов, у меня и кони есть и давайте объясняйте, как мне с кормами быть, с техникой, с землей и с конюшней. Везде говорят, что национальный проект идет, развитие сельского хозяйства, а я буду гордость отечественного коневодства – владимирского тяжика и немножко орловского рысака разводить. И объяснили мне, что я никто и зовут меня никак. 
Вот если я ИП сделаю, фермером назовусь и коровами займусь, тогда да, почет, уважение и субсидии на сельхозтехнику. Подумал я, а что, коровы три у меня и так есть, для туристов молоко дают, лошади тем более, рысаки на ипподроме в тройке бегают, конюшню и с коровником совместить можно, а для кормозаготовки техника вообще одна и та же.
Сел считать бизнес план и офигел от доходности. От перспектив. От масштаба. От вечного рынка продовольствия. Не поверил, пошел по людям. 
Одни – нафиг, нафиг, нафиг, ваше сельское хозяйство и рассказывают басню. Есть три способа потерять деньги. Самый веселый – девочки, бары, танцы-шманцы. Второй самый рисковый – казино. И третий, самый надежный – сельское хозяйство. Таких людей больше всего, но большинство из них туда и не лазило.
Другие говорят – посмотри на Белоречку, например. Посмотри на бедных фермеров на слеты на крузаках приезжающих (я тогда не знал, что это сельхозмашина реально, то за запчастями на комбайн в город летит, то корову мясом везет, то по полю агронома таранит). Себя послушай, готов ли. 
Со знакомыми сельхозниками поговорил, опять два напополам. Кто вроде да, но сетует на среду, кто вроде нет, но шансы, говорит, не использовал, а так то да.
В министерстве говорят, да, поможем, но учти, только фермер, только ИП, иначе не сельхозпроизводитель, даже не подходи, это раз. И техника только отечественная, если за поддержкой придешь, это два. А вообще, заработать можно, это три. Иди.
Опять считаю бизнес планы, опять Родине хочу помочь, опять вроде все здорово выходит. Бизнесы делал? Делал. В деревне жил? Жил. Трудностей не боюсь? Люблю. Более того, ищу и нахожу неочевидные проекты с большими перспективами. Деньги на старт есть? Есть, еще и помочь обещают. А тут еще каюсь, телевизор с обещанием райской жизни на селе благодаря национальному проекту устами молодого зама премьера говорит. 
Жена против фермерства вообще, а коров в особенности. Они, говорит, только в гостях хороши, а я к ним не прикоснусь. Это не лошади. Да на лошадей не дают технику, Маша, мы же их не сами, коров этих доить будем, колхоз построим, я знаю как. И лошади рядышком, а?
Как в воду глядела. Теперь бывший агропромбанк, ныне Россельхозбанк, арестовывает заложенное под инвестпроект фермерского хозяйства Имение Заречное, мой дом. Как гостиница была ни при чем, всего лишь заложенный актив, так и Заречное попало. Круг замкнулся. Карма места. Или всего лишь виток спирали истории?

Глава 4. И вот я фермер

Но до этого момента еще было долгих семь лет шагов, любви, борьбы и работы и история моего хозяйства как зеркало сельхозбизнеса в нашей стране, только с моим акцентом. Игра в Неверь. Небойся. Непроси.
Стал я фермером по бумагам осенью 2006 года, поэтому подвожу итоги за 2007 год. 
В цифрах я покажу в конце, а в картинках читайте. Да что, собственно читать, всё пучком. Я никому не должен, лошади работают, коровы доятся и телятся, начинаю выбирать землю, наивняк.
Нет земли, точнее ее много, но она родовая (мы тут испокон веков косим), паевая ( колхозы умерли, а это паи, все что осталось от колхоза, самим надо или давай за сто тыщ миллионов рублей покупай), или неоформленная ( и неоформишь, неурегулированно пока, улита едет) или его величество Прибайкальский национальный парк, идет он в сад. Нацпарк отдельная песня, собака на сене без права голоса. Ни купить, ни продать, ни границ, ни решения. Только Закон с непрописанными частями.

Глава 5. Реальное начало

Первый звонок. Я купил газель. А тогда это был чудный новый автомобиль, сделанный по принципу: «дать премию тому, кто придумал, и оторвать руки тому, кто сделал». Полноприводная газель, шесть мест, кузов больше уазовского, мощь и комфорт не сравнимый с ним, почти как у десятилетнего японца. 

Но японцы такой комплектации в дефиците, ждать, искать, гонять во Владик, и главное- субсидии дают только тому, кто жертвуя собой поддерживает отечественного производителя. Это, кстати, опять лукавство про то, что в сельское хозяйство сколько не вкладывай, все мимо. Сельское хозяйство это всего лишь труба, через которое деньги идут банкирам, нефтяникам, государству и, как здесь – машиностроителям. 

Я поддержал, купил супердорогую по тем временам машину, больше чем 500 тысяч рублей, почти двадцать тысяч бокарей и прихожу, наивный, за обещанными пятидесятью процентами. Сначала удивились в минсельхозе – какие деньги? Кризис! После чего удивился я – а нах нафига мне газель? Потом привык, идет хорошо. Пока не сломается. Правда, к чести ее, из глубинки выезжала, а вот например трасса Иркутск-Бугульдейка-Еланцы не раз видела меня на буксирном галстуке за разного рода тягачами. 

В итоге всех существенных самодельных доделок машинка теперь работает, правда несколько лет уже собираюсь сделать ей оченевский вид внешний, но то денег нет, то времени. А так хорошо, мотор от Тойоты, коробка от крузака, раздатка от газ-66, хабы уазовские и масса других переделок, даже кузов удлинил, чтоб лошадей возить.

Глава 6. Второй звонок

Газель, точнее ее приобретение, это был первый звонок, без моей вины.
А второй, зимой 2008/2009 конечно пожестче, и мой косяк там, точнее неопытность, во главе. Купил я племенных симменталов. Честь по чести. Красавицы, а не коровы. Палевые, мощные, вымя как дыня, молоко сладкое, глаза влажные, добрые. Это я потом различать научился, глаза и породы. Привез из Красноярска весной. К зиме въедут в новый коровник думал. Купил лес. Купил землю. А оформить не смог – нацпарк, регистрационная палата не пропустила.
Придется, думаю строиться в Бугульдейке, уже осень на носу (отказ только окончательно в августе оформился). Притом землю купил у администрации района, на торгах. Но, как мне объяснили в Минимущества Иркутской области – правовая коллизия, никто не виноват, ждите разъяснения из Москвы о статусе и землях.
Пока покупал, оформлял/неоформлял землю, у продавца пиломатериалов материал кончился, а я летом не вывозил в Бугульдейку, землю ждал, да и сезон туристический, отдыхающие тоже люди, а тут доски-шмоски. Он, кстати, мне до сих пор все не отдал, разорился и привык.
Еду к фермеру за двадцать километров, давай говорю, я тебе коров привезу, с кормами помогу, у тебя перезимуют. Серега, какой базар, помогу. И погнал я ему коров, многих в последний путь.
Ибо в конце октября как навалило снега, как пришли морозы и все это было до конца апреля. Это был пипец. Его дикошарые коровы как-то выгребают, моим ваще тяжело. Возим корма, снег идет, уже газы-зилы пройти не могут. Женя, фермер который, мне говорит, сейчас подождем , пока снег перестанет, потом тракторами расчистим. У меня зароды стоят, на всех до конца января хватит, потом твое сено/овес рулонами повезем. Договорились.
Поехал Женя с работником на свадьбу на два дня. Вернулись через восемь. У коров все восемь дней был праздник, они калитку к кормам не закрытую оставили. Приехали – от зародов сена огромные круги, на которых лежат, спят, жрут, срут коровы. Безмятежные. 
И началась эпопея. Морозы. Машины не заводятся, газель не справляется по три рулона за сто километров возить. Я ору, Женя бухает, старые люди говорят –гоните коров на мыс, там снега меньше, я дурак, слушаю и делаю. Коровы в снегу вязнут, часть туда, часть сюда. Снег идет и идет (Это был рекордный по снегопадам год в Ольхонском районе, там даже снегоходов нет, потому что бессмысленно, а тут..).
Скот, застрявший в снегу и простоявший ночь, а тем более легший там, там и остается. Ты ее обнимаешь, уговариваешь, пинаешь, орешь, обвязываешь веревками и поднимаешь, тащишь, массируешь и гнешь ноги, опять поднимаешь, падаешь на нее, тянешь за хвост, одной рукой бъешь ее, другой вытираешь слезы себе…
Поехал я к известному нашему фермеру, герефордоводу, Анатолию Копылову за советом. Приезжаю а у него та же картина – лежит корова. А нас много, щас говорю бодро, своих поднимаем и тебе поможем. Поможешь, с сомнением качает он головой. А то! Напоили корову, подняли корову, подсунули доски, дали таз с комбикормом, жрет, а ноги не выпрямляет, висит на досках.  
Бить надо, говорит Анатолий, не первая уже. Жена его говорит, мы уже все, махнули рукой, не можем коров собрать, снег кругом. Сколько весной соберем, столько и наши.
Падеж в ту зиму в районе составил более семисот голов, в том числе двадцать три мои…
Пытался я получить страховку, страховщики ответили, если район объявит чрезвычайное положение, мы выплатим. Мэр говорит – ты представляешь, что будет, если я объявлю чрезвычайное положение? Это же всё! Проверки, МЧС, тревога, голову снимут. 
Иду к метеорологам, дайте говорю справку о стихийном бедствии. Нет, у нас говорит такого понятия, есть опасное явление, а у вас до этой границы не хватает высоты покрова, мы ее по средней по области берем. У нас-то район засушливый, там ваще снега нет, а здесь метр, да еще минуса какие и как долго. Морозов тоже по длительности не хватает, а смешивать их не надо. Не получил я короче, страховку.

Глава 7. Выводы первых уроков

И вот, пережив зиму и перевезя оставшихся коров обратно я сделал следующие выводы. Номер один, два и три это земля и помещения. Свои, контролируемые. Банальность, но в отгонной системе животноводства скот так не держат. Небольшой хлев для отелов и все, скот зимует на улице.
Нет инфраструктуры – нет бизнеса. Хоть вокруг такая модель распространена, нужно и другие примеры видеть.
Следующее это порода. Калмыцкая корова у Елбаскина выжила почти вся, только Саня спину сорвал, каждый день по Байкалу возил на уазике рулон снега в ту падь, где их зима застала. –Выгрызли, говорит все, до корней землю рыли, наши, местные коровы, загнулись, а эти ни одна. Все выжили.
Поэтому, я стал покупать дешевый местный скот, точнее коров и телок и взял племенных быков. Получались полукровки. Таких по падежу зим больше не было, хотя были сложные. И начал присматриваться к аборигенным породам.Они у меня позже появятся, в инвестпроекте.
Ну, и нужно иметь регулярный источник дохода. Тут, конечно, мой просчет, не учел все затраты, тем более такие. Жопой Кожей прочувствовал выражение «длинные деньги». Я ж шагнул в самый длительный инвестиционный цикл в сельском хозяйстве – мясное скотоводство с небольшими, прямо скажем, деньгами плюс кредит. Без форс-мажора проходил внатяг, а с высоты нынешнего опыта, тогда я не влазил вообще без попутного ветра. А он дул в грудь..
Парадокс – сейчас с такими же деньгами сделал бы. Но не стал бы. Дорого куплен опыт. Очень дорого. Теперь только с запасом. И в многопрофильность. И первым делом быстрый срок. Вторым сбыт. 
Ну, и неявный вывод от первого звонка – тщательнее с документами и с господдержкой, все документировать не по-крестьянски. Это и помогло войти в инвестпроект, в Пиррову победу, но это в одиннадцатом году.

 

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

21.01.2015


Новости партнеров