Издательство «МИФ»

Александра Козак и комфортная среда

Комфортная городская среда – один из приоритетных проектов, на реализацию которого брошено много сил и средств. Он призван сделать нашу жизнь уютнее, красивее и удобнее. По крайней мере, так гласит концепция самой программы. Это совершенно новый формат осмысления и формирования пространства, который требует иного подхода, нежели раньше. О том, как это происходит в Иркутской области, корреспондент газеты "Право выбора" Ани Думикян поговорила с архитектором, членом Союза архитекторов России, агентом развития территорий, управляющим партнером "Градостроительной школы" Александрой Козак.

– Александра, о комфортной городской среде по большей части размышляют с позиций человека XX века, особенно это касается старшего поколения. Как понимают городской комфорт в XXI столетии?

– Город либо удерживает человека, создавая условия для комфортного проживания и самореализации, либо теряет его из-за конкуренции между городами, регионами. Неизбежно происходит миграция людей из малых населенных пунктов в большие. По- этому среда влияет на сохранение человеческого капитала в городе, в особенности молодежи, которая очень мобильна.

Основной критерий комфортной среды сегодня, на мой взгляд, – это разнообразие. Жизнь стала очень быстрой, мы уже не живем в режиме "работа – дом – работа". Многие и вовсе перешли к системе работы на дому. Поэтому досуг, не столько в плане развлечений, сколько в части того, что происходит с человеком вне работы, очень важен. Это касается и личной жизни.

Однозначно важное значение приобрела тема экологии, здоровья, долголетия. Очень многие находятся на волне здорового образа жизни. Всем хочется жить дольше, интересней. Городская среда должна формировать в том числе и такие возможности, а для этого требуются безопасность и благоприятный климат, причем не только температурный, но и экономический, политический. Существенным фактором для любого поколения в рамках ощущения среды в городе является идентичность места, идентичность себя в этом месте.

– Каким критериям должна соответствовать среда, чтобы мы были в тренде, как принято говорить, соответствовали мировым стандартам?

– По моему мнению, мы отстаем от Европы в части градостроительства и темы городской среды лет на двадцать пять. Но в последние пять-семь лет у нас началось обсуждение нового виденья темы общественных пространств, стандартов благоустройства и вообще меняется понимание города в XXI веке. Нас, специалистов из данной области, это очень обнадеживает. Тема стандартизации сейчас переосмысливается. Есть обширная программа, где в том числе формируются стандарты благоустройства общественных пространств и дворовых территорий, новые нормы жилья, улиц, механизмы работы с населением. Это новый виток в понимании того, как делать город и его составляющие – дороги, дома, общественные и зеленые пространства – актуальными и востребованными. Недавно прошел Красноярский экономический форум, где было заявлено, что до конца текущего года будет сформирован индекс качества городской среды для России, ведь европейский, азиатский индексы качества среды нам не подходят.

– Что для нас сейчас актуально?

– Для нашего региона актуальна тема аварийного жилья. Пока мы не сильно задумываемся, но это действительно проблема. Большой акцент делается на формировании общественных пространств. Однако на данный момент это просто благоустройство в виде ремонта с установкой малых архитектурных форм. Но я уверена: этого недостаточно, нужно новое звучание пространств, важно, чтобы они становились новыми точками коммуникации и активности горожан, чтобы их полюбили. Может быть, это сможет удержать людей в регионе.

Очень актуальна тема зеленых и рекреационных пространств, ведь любой город страдает от их нехватки. Всё активно застраивается, мы не ценим последние оставшиеся ресурсы. Привыкли, что живем в богатом природном регионе: выехал за город, и вот тебе – уже природа. Но человек не может постоянно так делать. Поэтому город должен заботиться о своих «легких». Иркутск и многие города нашей области находятся в близости воды (реки, озера). Надо как-то связывать эти элементы природного каркаса – зелень и воду – для достижения синергетического эффекта.

Очень важная тема для комфортного проживания – безопасность. И это не только вечером прогуляться и не переживать за свою жизнь. Это безопасность на дорогах, безопасность детей в школе и по пути туда и обратно. Пока это решается разделением пешеходных и автомобильных транзитов, установкой камер видеонаблюдения, заборами. На самом деле, всё должно быть в другом формате. Нужно воспитывать культуру доверия, формирования сообщества. Когда люди становятся ближе, возрастает и уровень безопасности.

– Есть ли какие-то нормы городского комфорта? Сколько, например, должно быть машин, общественного транспорта, зон отдыха, в конце концов, людей, чтобы было удобно?

– На эти вопросы отвечают документы территориального планирования. Там через определенную систему исчислений определены параметры оптимального проживания в городе, в том числе с перспективой на будущее. Конечно, у всего есть конечные возможности. Нужно смотреть на всё комплексно. Город – многослойная структура, которая должна быть сбалансирована. Если мы будем заниматься только дорогами, то у нас будут страдать остальные параметры.

Чаще всего акценты делаются на центральные части, периферия страдает, баланса нет. Это большая задача не только для областных и муниципальных властей, но и для самих горожан. Мы должны проявлять инициативу. Это, кстати, тренд, который влияет на качество среды непосредственно, – воспитание «горожанства».

На мой взгляд, для формирования комфортной городской среды не хватает собственного осознания того, что всё это на века. Всё, что сегодня построено, – наследие будущего. Если наши предки строили с пониманием, что это будет стоять сто или двести лет, то сегодня всё делается по-быстрому, такая уж экономика у нас.

– Мне казалось, наоборот мы в настоящее время мыслим более масштабно и перспективно…

– Это не совсем так. Мы пытаемся упорядочить то, что происходит в быстром развитии, и совсем не занимаемся прогнозированием. Передовые Сингапур, Нью-Йорк, Лондон как раз прогнозируют и программируют свой город, продумывают на ближайшие полвека стратегию развития. К сожалению, у нас нет подобного комплексного подхода, в целом по стране программы сформированы с видом на будущее, примерно лет на десять. Но на местах не всё получается так, как задумано "наверху". Мы не всегда успеваем даже за трендами Центральной России, что уж говорить о мировых.

– В Иркутской области формирование комфортной городской среды имеет свои особенности?

– Несомненно. Подходы у всех разные. Но сегодня общий тренд – формирование центров компетенций, а точнее, команд профессионалов, иногда находящихся внутри администрации, работающих в формате приглашенных экспертов и обладающих определенными знаниями, инструментами работы с городскими пространствами.

Все знают про успешный опыт Татарстана, его всегда ставят в пример. А всё потому, что там хорошо организован процесс, собрана профессиональная команда молодых специалистов. У нас, к сожалению, пока нет системного подхода, но определенные шаги делаются. Например, программа "Малые города и исторические поселения" более-менее зазвучала в этом году. Недавно прошел региональный конкурсный отбор, в этом году уже пять заявок было направлено от Иркутской области, в прошлом году – лишь одна!

Иркутск – уникальный город в части архитектуры и строительства. Сложились уникальные команды, которые работают по теме городской среды, есть успешные практики. Просто нам нужен проектный офис на уровне региона, куда войдут специалисты этой сферы.

– Активный наплыв туристов, особенно из Поднебесной, наложил свой отпечаток на формирование среды?

– Особого влияния Китая на нашу городскую среду я не вижу, кроме появления рекламы и вывесок на китайском языке. Частью комфортной городской среды является дизайн-код: формирование внешнего облика города для туристов, горожан, система оформления фасадов. В самом простом варианте – это вывески и рекламные конструкции. На китайском языке их сейчас очень много, в этом мы переориентировались. Понятно, что формируется определенная инфраструктура: кафе, магазины. Если же говорить о глубинных процессах, то этого не происходит. Какой фактор важен любому туристу? Например, общественный транспорт: комфортный, системный, понятный как жителю, так и гостю. В этом мы не блещем.

С другой стороны, есть положительные тенденции. В Иркутске, например, есть своя туристическая навигация. Таких городов по стране всего три-четыре. В ней используется специально разработанный для Иркутска шрифт, что тоже является определенным прорывом в этой области. Есть уникальные зеленые маршрутные линии для туристов. Немногие города могут этим похвастать. 

Тема пешеходной доступности тоже пока не на высоком уровне. Чтобы в городе не было пробок, а его жителям и гостям было комфортно, нужно больше пешеходных пространств. Тротуары должны быть удобными, необходимы пандусы, приподнятые пешеходные переходы, «умные» светофоры. Понятно, что для сибирского региона тема пешеходного города звучит сомнительно, но мы можем сделать выбор в пользу более удобного транспорта – трамваев и троллейбусов современного типа. Например, в Вене, которая лидирует в рейтингах комфортных городов мира, трамвайное движение самое лучшее.

Мы испугались наплыва туристов из Китая, но, мне кажется, диалог с Азией – это неплохая история. Я думаю, китайские туристы могут принести нам пользу, если мы грамотно всё организуем. А ориентироваться просто на то, чтобы ставить таблички на китайском языке на каждом углу, – это точно неверное решение, которое ни к чему не приведет.

– К слову о табличках и наружной рекламе в целом. В Иркутске, да и, наверное, не только, это выглядит очень хаотично, несуразно. С этим как бороться?

– В прошлом году были сформированы правила благоустройства Иркутска. В документ в том числе вошли требования по вывескам и дизайн-коду. Очень трудно переломить сознание наших предпринимателей. Они считают, чем ярче реклама, тем лучше, тем больше народу к ним придет. Люди должны понимать, что если реклама будет красивой и аккуратной, клиенты никуда не пропадут.

– Вы говорите про необходимость менять сознание людей, а это самое сложное в любом вопросе. Мы хотим, чтобы у нас было, как в Европе, но у нас нет сознания и менталитета европейцев. Очень многие вещи у нас попросту не приживаются. Как быть?

– Очень сложный вопрос… Думаю, все-таки на ситуацию очень сильно влияют масштабы нашей страны. В Европе всё компактней. Нам же приходится работать, образно выражаясь, с полями. Необходимо определить, что же нашему человеку ближе, расставить приоритеты. "Хочется, как у них" – самый простой запрос. А мы сами-то что хотим? Видение всего этого должно быть не только в головах людей, которые принимают решения, но и тех, кто этим пользуется. Нам нужно больше заниматься общественной деятельностью. В Европе у любого человека есть общественная нагрузка, на которую выделяют по три часа в неделю. Люди принимают участие в жизни своего города, занимаются благоустройством…

– Достаточно ли просто прямолинейно удовлетворять запросы населения?

– Мало сделать пространство, надо прежде подумать о том, как оно будет жить. Недостаточно положить асфальт, плитку, поставить фонари. Надо понимать, как там будет чувствовать себя человек. Сейчас мы работаем над пространством набережной реки Ушаковка в Иркутске. Это вызов. Простого благоустройства набережной недостаточно, у нее должен быть план жизнедеятельности, некая программа. Это самый важный момент для того, чтобы площадка потом не стала пустой и неинтересной для посетителя. Очень сложная тема инфраструктуры, услуг. Мы – поколение потребителей. Нам уже недостаточно встать на набережной, взглянуть на Ангару и вдохновиться: "Боже, как прекрасно!". Необходим контент городского общественного пространства, будь то событие, кофейня или уличные музыканты. Надо искать изюминку, которая будет привлекать людей и поддерживать их интерес к этому месту.

– Жизнь в городе накладывает свой отпечаток на человека: мы подвержены стрессу. Этому способствует и пространство, в котором мы находимся. Учитываются ли такие моменты при формировании среды?

– Главный критерий – это сомасштабность человеку. Города растут ввысь, но всегда есть некая система пропорций. Как пример – Центральный парк в Нью-Йорке, где человек оказывается в пространстве, сомасштабном себе. Это важнейший элемент. Человек должен чувствовать, что на него ничего не давит. Даже размер скамейки, ее местоположение и количество посадочных мест влияет на психологию человека. Величина клумбы или фонтана тоже имеет значение. В советское время всё это было грандиозных размеров, чтобы довлеть над человеком. Ведь была конкретная задача – организовать людские массы. Сегодня задача другая, и масштабы, соответственно, тоже.

Если человек может осознать пространство, то ему в нем будет комфортно. Если он в нем теряется, то у него либо должна быть эмоция восхищения – вау! – и тогда он просто удивляется, либо случается обратное: человек впадает в депрессию и не понимает, что происходит и куда ему двигаться. Кроме этого, в депрессию вгоняют простые повсеместные вещи: мусор, неорганизованные парковки, отсутствие понимания, как без значительных помех дойти от точки А до точки Б. У нас есть перекрестки, которые надо несколько раз перейти, чтобы дойти до нужного места.

– Маратовское, Байкальское кольцо…

– Да, эти сложные узлы вызывают депрессию. Кроме того, ее провоцирует темнота. В этом аспекте важным вопросом является дизайн улиц. Мы говорим об обустройстве скверов, парков. А если задуматься, то самое востребованное пространство – улицы. Человек по улице идет на работу и обратно. Дизайн улиц – это тоже та психология, которая может сработать в положительную сторону. К сожалению, пока наши улицы – это вопрос дорожного полотна и всё. Реальное зонирование улиц и их формирование с определенной психологией пока отсутствует. На это направление, по моему мнению, нужно обратить внимание. Человек даже в транзитном пространстве должен ощущать себя комфортно.

– Все испытывают стресс от пробок. Очень часто это связано с режимом светофора, и это настолько раздражает…

– Это вопрос «умного города», технологий, сбора данных, формирования моделей, которые будут реагировать на ситуацию. Например, «умные» светофоры: если сформировался критический поток людей, то они пропускают пешеходов, а не машины и наоборот. Вопрос, конечно, затратный, но перспективный. В Москве есть специальное приложение, через которое человек может отслеживать движение общественного транспорта. Он точно знает, что через двадцать минут будет его трамвай. Не надо стоять на остановке, нервничать, а будет ли вообще транспорт.

Надо искать такие пути для человека, которые будут выстроены с наименьшим пересечением магистралей. Светофоры – это решение, но оно стрессовое для общей схемы движения в городе. Наши улицы не проектируются согласно законам человека, они проектируются с учетом дорожного движения. Это нужно менять.

– Формирование комфортной городской среды в моногородах имеет какие-то особенности?

– Есть методологическое пособие по проектированию комфортной городской среды в моногородах. В нем говорится о точках притяжения, общественных центрах и прочем. Но одинаковая методология со всеми не работает. Все-таки специфика у каждого города своя. Главный вопрос – что может стать его лейтмотивом для выживания. Мы работали, например, с Байкальском и Черемхово. Это совершенно разные истории. Моногородам, которые сегодня оказались в области недопонимания самих себя, нужно определиться с вектором развития, чтобы не потерять людей и не потеряться на карте нашей большой страны. Можно для них придумать решение, но им самим тоже надо что-то выбирать.

Нам всем надо сделать выбор: хотим "как там" и будем действовать по стандартам, которые нам предоставят в скором будущем, или готовы принять вызов и сделать что-то свое, уникальное для города, региона, стать примером для других.

Беседовала Ани Думикян, "Право выбора"


Aliexpress WW

30.04.2019

Территория развития