Из истории ЖКХ предвоенного Иркутска, или фонтан слез в усадьбе по улице Ленина

31 августа 2026

Мы не живем на показ, а показываем жизнь. Эти слова Елены Свижак стали основой проекта Глагола38 и сервисной компании «Колымская», посвященного исторической памяти.

На фото: советский Иркутск, улица Ленина

Депутат Иркутского горсовета Галина Мышкина во время встреч с жителями летним днем 1940 года больше всего вопросов получала о благоустройстве улиц и приведению в порядок дворов. Собрания имели определенно хорошее воздействие на иркутян – во дворах стало заметно чище, а сами горожане стали чаще обращаться с просьбами, чтобы ускорить ремонт квартир или организовать побелку. Подобные вопросы в предвоенные годы решались через коммунальный жилищный трест, комендантов и управдомов.

Например, усадьба 11/26 по улице Ленина. Это 11-квартирный дом и три флигеля. Сейчас на этом месте стоит Байкальский госуниверситет, а тогда была одна из городских усадеб. Но проблемы возникли уже с первых дней – водопровод не работал, со двора месяцами не вывозился мусор и нечистоты, а общую кухню и прачечную сотрудники треста отобрали у жителей, чтобы поселить туда своего сотрудника. И только депутат Мышкина смогла решить эти неполадки.

Как писали иркутские газеты, коммунально-жилищные тресты создавались для обеспечения трудящихся благоустроенными культурными жилищами. Но не все руководители коммунальных контор зарекомендовали себя сторонниками того самого благоустройства. В погоне за каждым лишним метром, пригодной или непригодной жилой площади, с санкции инженера Пермякова, завтрестом Силакова и начальника ремонтной конторы Банникова общий коридор и чердак дома по 3-й красноармейской, 2, со второй половины сентября 1935 года начали усиленно заселять, даже не спрашивая жильцов. В результате скопления 14 семей в небольшом помещении и дворике негде было повернуться.

- Кладовок не было, - ругались соседи. - Общий коридор был заставлен корзинами и хозяйственным инвентарем, вопреки противопожарным правилам. Только что выложенная кухонная печь почти сразу вышла из строя. Узенький двор был весь в грязи. Очищенную с полотна улицы грязь дворник сталкивал во двор, а вывозить мусор коммунжилтрест просто отказался. С заявлениями жильцом никто не считался, а санитарная инспекция старательно обходила усадьбу.

Журналисты провели собственное расследование и сообщали, что топливо складывать некуда, поэтому по двору разбросаны кучи угля и дров. Мусорного ящика тоже нет, помойная яма развалилась. Дошло до того, что жильцам негде было сушить жилье.

Уходя, оставьте Свет: большие мелочи маленьких магазинов предвоенного Иркутска

15 сентября 1935 года последний чердак, что стоял без печи и стекол в окнах, и тот отдали под жилье. Причем вселили сразу три семьи. В первый же дождь из-за неисправности вышли из строя печи в некоторых квартирах и не отремонтированные крыши. Пострадала даже квартира домкома – ее просто затопило.

Обширный светлый двор облагородили высоким забором с пятью рядами колючей проволоки наверху. Теперь это был уже не настоящий двор… Детям совершенно негде играть - они возились между грудами угля и штабелями дров, между помойками и уборными.

На всех совещаниях стояли ругань и скандалы - новые квартиросъемщики не очень хотели платить за жилье. Например, к лету 1936-го мастер завода №125 (так назывался Иркутский авиазавод) Сергей Буравлев задолжал коммунотделу 400 рублей. Рабочий Федор Копытин не платил квартплату четыре месяца и накопил долгов на сумму 408 рублей 12 копеек. Учетчица Пелагея Летникова, что из седьмого каменного дома, вообще сболтнула, что и не помнила, когда платила за квартирку. За полтора года у ее мини-квадраты скопилось задолженность на 351 рубль 13 копеек. Не отставал от нее и слесарь Уткин – за 13 месяцев у него сложился долг в 574 рубля 23 копеек. Только по первому домоуправлению за 11 злостными неплательщиками числится 4941 рубль 41 копейка задолженности.

Девять жильцов второго домоуправления имели долги в сумме 2460 рублей 31 копейку. Среди них слесарь Щербаков (379 рублей), разметчица Крохина (208 рублей), контрольный мастер Заикин (224 рубля)…

В третьем домоуправлении 14 жильцов должны жилотделу 3502 рублей 79 копеек. Семь месяцев не платила проживавшая в 11 деревянном доме Ельникова, полгода ходил с высоко поднятой головой рабочий Мерзлякин. 404 рубля накопила долгов работница фабрики-кухни Самокина.

Управление жилищного отдела долго решало, какие меры нужно принять для ликвидации задолженности. Сначала квартплату со злостных неплательщиков взымали в судебном порядке, а затем решили выселять, причем формулировки были самыми разными. Например, антиморальное поведение или систематическое пьянство. Так иркутские трудящиеся теряли квартиры, недавно полученные совсем за другие заслуги.

Собранные деньги, говорили, направляли на благоустройство улиц и улучшение жилищных условий других трудящихся, которые платили квартплату своевременно.

В сентябре 1935 года иркутский горсовет принял специальное решение «Об упорядочении заселения освобождающейся в городе жилой площади в домах муниципального фонда», в нем говорилось, что в целях «устранения участившихся в городе нарушений законного порядка заселения освобождающейся жилой площади, как незаконной купли-продажи квартир жильцами и организациями, выдачи организациями фиктивных документов на бронирование квартир отъезжающих из города работников, представления жилплощади лицам, не живущим в этих домах, или выдачи их уплотненцам и временным жильцам, самоуправное занятие жилой площади без согласия домоуправлений и обмена жилой площадью со спекулятивной целью», горсовет обязали согласовать со всеми жилищными организациями «списки проживающих и действительно нуждающихся в жилой площади», установить, что «заселение должно производиться только по согласованию с городским жилищным союзом». Комендантам и управдомами «категорически запретили предоставлять вновь освобождавшиеся площади без ордера от городского коммунального отдела».

На фото: Иркутск 1930-х

Оказалось, что составить общую картину выделения жилья в Иркутске почти невозможно. По некоторым районам в фактических нормах жилплощади была «значительная разница». Квартиры несколько раз перерегистрировали, на дополнительную площадь выдавали удостоверения горкомхоза, но и это проблему решало медленно. Женщины у подъездов говорили, что присутствовало «невнимательное отношение отдельных работников милиции» к таким фактам. Поэтому начальников отделений милиции обязали под личную ответственность «немедленно принимать меры к выселению лиц, самоуправно занявших жилую площадь с привлечением их к уголовной ответственности».

Наиболее активные иркутяне умудрялись покупать и продавать квартиры, в том числе и бронированные комнаты, которые оставляли для отъезжавших на север. На иркутских совещаниях неоднократно говорили, что квартирный вопрос загубит ростки оставшейся интеллигенции.

На фото 1937 года: фонтан в иркутских детских яслях №2

Но беда была в том, что с приходом советской власти прошло более десяти-пятнадцати лет, а ремонтов никто в домах так и не видел. Жительница усадьбы 11 по улицы Ленина Мария Петрова часто жаловалась, что «наступает зима, но в наших квартирах неисправны печи, рамы у окон разваливаются. Прошлую зиму одно окно совсем не закрывалось, оно остается неисправным и сейчас».

Комиссии приходили, составляли протоколы, но дальше работа не двигалась. Некоторые чиновники писали такие письма, что жители центральных улиц города просто пересылали их в редакции газет: «Ремонт делать не будем. Ремонтируйте сами, а мы примем расходы по существующим у нас твердым ставкам».

Когда же кончатся наши мытарства и напрасные хождения в комжилтрест, - со слезами на глазах спрашивали в середине тридцатых жители усадеб по улице Ленина.

Уходя, оставьте Свет: письмо отцу, которого не помню

Летом 1937 года после очередных жалоб иркутские чиновники решили помочь этому двору и установить там фонтан.

Жильцы, конечно, пытались обрадоваться такому счастью, но получилось как и предполагалось: «посредине усадьбы вознеслось полуромантическое произведение комжилтрестовской фантазии. Жильцы было приготовились помечтать и отдохнуть около него, но выяснилось, что окружающая фонтан обстановка никак не располагает к этим прекрасным и необходимым минутам человеческой жизни».

Все очень просто, скажем мы девяносто лет спустя. Фонтан построили, но воду не запустили, поскольку на ремонт водопровода никто не выделили средств. Поэтому фонтан стал исполнять роль уборной во дворе, так как все уборные вокруг давно стояли заколоченными.

На фото 1939 года: фонтан во дворе иркутской усадьбы 

Жильцам дома и соседних дворов больше ничего не оставалось, как пробегать мимо фонтана, прихватив платочком носы. А журналисты рассказывали, что «если кто-нибудь нечаянно уронит взгляд на это шикарное сооружение, то лишь для того, чтобы удивиться тупоумию и головотяпству его творцов». Вот такая была жизнь в Иркутске.

Партнер проекта – сервисная компания «Колымская»

Возрастное ограничение: 16+

В наших соцсетях всё самое интересное!