Новости

далее...

Рекомендуем посетить

О материи и времени

Персональная выставка Саши Рощина «О материи и времени» работает до 17 июня
далее...

Прямая речь

далее...

Среда обитания

Екатерина Сумарокова: внешность внутреннего существа


В «Молчановку» Екатерина Сумарокова пришла в мае 2015 года. Здесь открывался профессорский читальный зал, и нужен был человек, который бы обеспечивал связь с наукой и образованием. Таким человеком в библиотеке и стала филолог Сумарокова, которая сегодня руководит отделом краеведения.
Однако в новогодние праздники мы говорим с ней не про краеведение и даже не про библиотеку. «Разумное, доброе, вечное» – вот такое прикладное «некрасовство» стало предметом нашего блиц-интервью.

Давайте начнем с того, что вокруг. А вокруг – Новый год. Как вы к нему относитесь?

Я очень люблю новогодние праздники. Из-за елки. Обожаю наряжать елку! Причем для меня она не элемент дизайна, то, что сегодня модно: например, серебряные и голубые шары, чтоб все в едином стиле… У меня елка наряжается по принципу «я надела все лучшее сразу», потому что сам процесс – наряжать елку и потом снимать игрушки – это процесс сакральный. Этакое путешествие во времени. Я ведь не просто украшаю дерево – я вспоминаю, какую игрушку мне кто подарил, при каких обстоятельствах, как я вообще тогда жила. Это такое ежегодное погружение во время и как специалист по мифологии скажу: оно ритуально необходимое.

Насколько я понимаю: любовь к Новому году (как и к трем апельсинам) – это любовь из разряда типичных. А что типичного вы любите еще?

Я люблю семью, люблю приходить вечером домой, люблю своих детей, люблю, когда дома уютно, когда я могу всех накормить и вообще создать всем окружающим радость. Очень люблю делать подарки, хотя не всегда угадываю с ними.

А если сказать о ваших нетипичных любовях?

Люблю ходить пешком. Когда мы с мужем гуляем, обычно идем туда, куда пошли ноги; это почти никогда не согласованные заранее планы. Идем куда идется… Еще я люблю, несмотря на недетский возраст, кататься на коньках и на роликах.

Коньки – зима, ролики – лето. К чему больше любви: к зиме или к лету?

Сложно сказать. С одной стороны, я всегда любила зиму. Зимой я себя лучше чувствую и всегда любила всякие зимние виды спорта: лыжи, коньки, просто бежать по морозу. Еще зимой очень красиво. Но с возрастом я больше стала любить лето. Потому что зимой я устаю, а летом можно полноценно отдохнуть. Когда у нас выросли дети и сменился режим функционирования семьи, мы с мужем стали более подвижны летом: собрались и поехали. Зимой с этим сложнее.

Где ваша родина? Традиционно ли это место, где родился и только?

Для меня – да. В Иркутске я живу уже дольше, чем в Магадане, где родилась. Иркутск для меня – это город, где живут любимые люди. Но пространство, куда я возвращаюсь в своих снах, это всегда тот город и поселок, где я родилась и выросла. По родительской квартире мысленно я брожу как по лабиринту или по замкнутому кругу. Очень часто бессознательно, когда сижу на каких-нибудь длинных заседаниях, пишу – «я хочу домой». И домой – это не сюда, а туда.

Расскажите про ваши взаимоотношения с деревьями.

Они родом из моего магаданского детства. Там деревья – маленькие. Мы строили в кустарниках ольхи домики: залезали в кусты и внутри маленькой пещерки обустраивали себе жилье. А по весне ходили объедать лиственницу. Как только полезут эти молодые мягкие иголочки – они такие кисленькие! И я до сих пор люблю этот запах и вкус мягкой лиственничной хвои… Потом мы ходили на речку. Там верба. Из нее мы делали луки и в процессе обдирали кору и обгладывали ее, как зайцы. Она такая сладковатая… То есть у меня с деревьями такие чувственные отношения. В Иркутске деревья для меня слишком большие. И потому долго были чужими. В силу того, что сосна такая огромная и пафосная, ее не сравнить с корявой лиственницей или с северным кедровым стлаником. Береза тут – это тоже не карликовая магаданская березка. Получается такой пафосный эстетизм сибирских деревьев. И он не позволяет мне с ними сродниться.

От пафосного эстетизма перейдем в плоскость метафор. Что на ваш взгляд важнее – изящная метафора или красноречивый факт?

Как всякий филолог я, конечно, люблю изящные метафоры. Но как человек рациональный, считаю, что любые. Даже самые изящные метафоры должны опираться на факты. Я – человек фактов.

Какая встреча в вашей жизни стала судьбоносной?

Если говорить о моем человеческом и профессиональном становлении, то это, конечно, встреча с Ириной Иннокентьевной Плехановой, профессором факультета филологии и журналистики ИГУ. Она во многом сделала меня профессионалом; «додала» какие-то мои качества, которые не были даны мне семьей. Как положительные, так и отрицательные – не стану здесь никого и ничего идеализировать. Встреча с Ириной Иннокентьевной определила мою жизнь, профессию, мои ценности, научила меня работать, идти к цели.

Кстати, про цель. История Вавилонской башни – хорошая история или так себе?

Для меня это хорошая история. Потому что я за разнообразие мира. И я противница покорения… Это же история, в том числе, о тоталитарном господстве над пространством, над идеей, когда есть тот, кто хочет добиться некоего контроля… А я – противница любого контроля. В этом смысле мы часто спорили с Плехановой, которая хотела всегда найти выход из постмодернистской картины мира. Но постмодернистская картина мира очень близка моим человеческим установкам. Хотя есть какие-то вещи для меня принципиальные, но от многого я готова отказаться. Потому что понимаю: принципы не должны быть абсолютными. Всегда бывают ситуации, когда нужно подвинуться в своих принципах, в своих взглядах. Нет общей истины. И всегда есть чужое мнение. Потому я за разнообразие всего – взглядов, языков, принципов.

А притча о «соломоновом кольце»: на ваш взгляд, все же «все пройдет» или «ничто не проходит»?

Если иметь в виду, что человек конечен, то, конечно, проходит все. Потому что, когда человек умирает, в этот момент для него выключается все: все его боли, терзания, метания, испытания… Но пока человек жив, для него не проходит ничего. Я не верю в загробную жизнь. Потому не стану рассуждать, что с человеческими терзаниями произойдет после его смерти. Но пока человек жив, для него не проходит ничего: прошлые связи, прошлые дружбы; никогда бесследно не проходят разрывы человеческих отношений.

«В памяти осталось, просто в щель, как зверек, забилось…»?

Ты свои воспоминания за собой тянешь. Живешь с этим багажом всегда. И всегда, так или иначе, возникают ситуации, когда ты не хочешь, а само вспоминается: как ты в детстве разбил коленку; как разошелся с человеком по каким-то соображениям. Понятно, что не надо тянуть за собой обиды. И время пройдет. И ты остынешь…

Ответ на какой вопрос более трудный: на «зачем» или на «почему»?

Для меня оба достаточно проблематичные. Потому что я человек импульсивный и очень часто склонна к спонтанным действиям и реакциям. В итоге, иногда отреагировав на эмоциональном уровне, потом начинаю терзаться вопросом «зачем?!». А вопрос «почему» и так всегда присутствует в жизни. Потому что мы ведь так или иначе с внешним миром контактируем. И реакция на внешний мир всегда вызывает внутренний вопрос «почему».

Это вы как интуит говорите?

В целом я человек достаточно интуитивный. Если бы я себя описывала, не глядя в зеркало, а описала бы внешность своего внутреннего существа, то это было бы существо безглазое и с большим количеством щупалец. Оно продвигается по жизни и все вот так вот ощупывает… Осязание и интуиция для меня очень важные вещи. Я иногда не могу объяснить, почему я так поступаю, я просто чувствую, как надо поступить.

Обязательное условие жизни в удовольствие – какое?

Внутренняя свобода. Мне, как человеку остро реагирующему, очень сложно ее в себе сохранять. Как на меня посмотрели, что сказали, что из этого будет – и вот я уже начинаю прогнозировать и, как следствие, теряю внутреннюю свободу. Но для того, чтобы стать счастливой, мне надо снова вернуться к ней.

А мы пока вернемся в… библиотеку. Какую книгу вы бы посоветовали читать именно сейчас с высоты своего персонального опыта в данный момент?

Если речь идет о ровесниках, то это «Война и мир». Это то произведение, которое мне сейчас очень сильно соответствует. В его основе мощный буддийский момент: жизнь – не деяние, не продуманная шахматная партия, а то, к чему нужно присмотреться, понять ее вибрации и, пристроившись к ним, начать ощущать себя комфортно.

Записала Анастасия Яровая, портал ИОУГНБ им. И.И. Молчанова-Сибирского

Фото из социальной сети Facebook


16.01.2018