Уходя, оставьте Свет: газетная вырезка под старым буфетом

18 марта 2026

Мы не живем на показ, а показываем жизнь. Эти слова Елены Свижак стали основой проекта Глагола38 и сервисной компании «Колымская», посвященного исторической памяти.

После того, как в семье уходит кто-то из стариков, молодые часто делают ремонт. Век минимализма приводит к тому, что первыми в утиль часто уходят книги, домашние архивы, фотографии, газетные вырезки с антресолей.

Наверное, и в этой квартире всё должно было произойти точно так, но 25-летняя Ирина, хозяйка квартиры, увидев статью из газеты под буфетом, убрала ее на холодильник. Через три дня она вспомнила про нее и, налив чашку кофе, присела на диван, чтобы узнать судьбу иркутян, короткую историю таких же молодых ребят, которая произошла девяносто лет назад.

Шел 1932-й год. Думал ли 17-летний Федор, уезжая из Красноярска в Иркутск на строительство машиностроительного завода, что покидает город, в котором родился, навсегда?

Станция Иннокентьевская встретила его не по-сентябрьски холодным пронизывающим ветром, протяжным дождем. Проводник вел ватагу таких же молодых, как Федор, к строительному объекту узкими грязными переулками мимо мокрых, бревенчатых изб, властно покрикивая: «Не растягиваемся, ребятки, держись кучкой!» И долгим подозрительным взглядом останавливался на отстававших.

Неизвестно, о чем думал тогда проводник. Или ему было совестно перед приезжими за убогий вид поселка, или же более практического характера опасения овладели его умом…

А было отчего проводнику быть подозрительным. Нередко два, три молодцы из только что прибывших партий, не доходя до объекта, упрямо поворачивали назад, садились в поезд и мчались из Иркутска в сторону западных регионов страны. Уговоры не помогали. Да и что им можно было предложить заманчивого, кроме работы до седьмого пота, да умения мечтать: как это будет?!

Уходя, оставьте Свет: коммунальная квартира на улице Доронина

Администрация объекта не утруждала себя формалистикой при приеме на работу. Спрашивала паспорт и давала лопату.

Утром от непривычного тяжелого труда у Федора ломило в спине, ныла каждая мышца в мускулах.

- Сбегу, - чертыхался про себя Федор. - Вот только заработать бы на обратную дорогу.

Но потом всё пообвыклось и не захотелось уезжать. Жить было нескучно. Кругом – молодежь. Были здесь парни и девчата с Украины, Якутска, Кавказа, Средней Азии…

По вечерам уральский парень Тимофей выносил гармонь-двухрядку и, несмотря на усталость после рабочего времени, все пускались в пляс. Пляски сменяли фильмы, хороводы.

Присмотрел Федор на гулянии статную мотористку Машу. Понравился и Федор ей. Да столковаться между собой не могли. Мешали робость Федора да острый язык Маши.

Закончились земляные работы. Приступили рабочие к строительству опалубки. Пришлось ребятам менять профессию землекопа на плотника. Зазвучали топоры, завизжали пилы.

Все реже и реже вынимал по утрам Федор горностаев из хитро расставленных ловушек. Ловились они раньше у самого котлована, но отгонял рабочий шум зверьков все дальше в иркутский лес.

Перед самым пуском завода приехал по комсомольской путевке из Воронежа Яков. Крепко подружился с ним Федор. Яков был парень «битый», многое знал, за свои восемнадцать лет успел побывать во многих уголках земли. Казалось, ничто не могло его смутить: ни тяжелый труд, ни грязь, ни адский мороз по утрам в бараке, который боялся, пожалуй, только жаркой работы. Быстро они стали друзьями.

И вскоре оба сыграли свадьбы. Уговорил все-таки Федор свою Марию, а Яков со свойственным ему бойким характером быстро сосватал приглянувшуюся Валентину из Бийска.

Уходя, оставьте Свет: квартира и ее обитатели, которых нельзя забыть

Поселились молодожены в общей комнате, где, кроме них, проживали шесть холостяков. Квартиры друзья получили спустя несколько лет в доме, который сами построили.

Дом хорошо сохранился до сих пор. И сейчас стоит по улице Мира.

Машиностроительный завод был открыт торжественно. Под звуки марша секретарь комсомольской организации всех строителей объявил с этого дня рабочими завода. Пришлось Федору с Яковом вновь переучиваться. Федор стал слесарем, Яков – клепальщиком.

Минуло 35 лет. По-прежнему Федор Яковлевич и Яков Никодимович работали вместе в цехе иркутского завода. Федор возглавлял группу слесарей-сборщиков, в цехе она считалась одной из лучших.

Яков работал слесарем в группе, имел четвертый разряд. Его портрет часто можно было увидеть на заводской доске почета. Десятки учеников прошли через его руки. Многие из них трудятся уже мастерами, инженерами.

- Строили завод мы голыми руками, - рассказывал Федор Яковлевич. – Не было никаких механизмов. Поставили завод на ноги, получили квалификацию, что называется, на ходу. Двадцать лет сверлили и клепали вручную. Все это время одна электродрель обслуживала весь цех. Так было. Сейчас выросла производительность труда, о чем раньше было только мечтать. Невзрачные деревянные корпуса цехов канули в прошлое. На их месте выросли прекрасные каменные здания. В успехах нынешнего дня есть частица моя и моих сверстников, что сумели выстоять и победить невзгоды 30-40-х годов.

Ирина отложила статью. Чуть пожелтевшая бумага напомнила ей бабушкины рассказы про стройки БАМа.

- У современной молодежи таких историй не будет, - подумала она, достав мультифорку и сложив туда вырезку шестидесятилетней давности. – Пусть полежит, оставлю детям.

Партнер проекта – сервисная компания «Колымская».

Фото из личного архива Владимира Гасельника

Возрастное ограничение: 16+

В наших соцсетях всё самое интересное!