Игорь Широбоков: Историю изменить невозможно, и это правильно

В эти дни репортёры часто задают незамысловатый вопрос: «А где Вы были 19 августа в 91-м году?» Мне сразу вспоминается анекдот советской эпохи: «В годы войны вы сражались за Малую землю с дорогим Леонидом Ильичём или отсиживались в окопах Сталинграда?» Так вот, я отсиживался «в окопах». В курортном поселке Аршан. И о путче узнал только 20 августа.
Девятнадцатого августа на Аршане (курортный поселок в Бурятии) выдалась необычная для окончания лета жара. И выдалась необычная для этих мест рыбалка. Хариуз клевал как сумасшедший в порожистой Кынгарге, где я раньше и человека с удочкой не встречал. Пошли со знакомым на авось, а наловили целый таз рыбы. А к вечеру обрушился ливень со штормовым ветром, мы едва добрались до дому, промокнув до нитки. Электричество отключили, вечер коротали при керосиновых лампах. 

Утром двадцатого прибежала соседка: "Переворот в Москве! Гляньте телевизор!.." Глянули. Крутят "Лебединое озеро", застывшие лица путчистов с дрожащими руками... Жутко. Надо как-то возвращаться в Иркутск. И тут, как на грех, перед выездом из двора, где мы жили в избушке друга, два "Камаза" ссыпали гравий. Пока расчищали лопатами проезд, день прошел. Выехать удалось только двадцать первого. Я гнал свою "Ниву" и гадал: где арестуют, у поста ГАИ на въезде в город или дома? То, что прежде всего возьмутся за российских депутатов, сомнений не вызывало. Не остановили, не арестовали. В городе первым делом – к Ножикову. Приемная забита взбудораженными "демократами". Телефоны работают, как ни в чем не бывало.
– Юрий Абрамович, как обстановка? Я в Вашем распоряжении.
– Обстановка... Балаган какой-то. Областной ГКЧП я создавать отказался, передал указы Ельцина по радио. Исполком на стороне Президента. КГБ – в боевой стойке, они и заварили эту кашу. Военный округ ждет распоряжений, но против гражданского населения выступать не будет. У нас терпимо, справимся. А ты поезжай-ка в Москву, там надо помогать Президенту.
... Улицы на подступах к Белому дому еще перекрыты для транспорта. Я иду по набережной, но кажется, что пробираюсь через знакомые кадры кинохроники в день Победы. Такого ликования я не видел и, наверное, уже не увижу. По дороге меня десятки раз расцеловали незнакомые люди. Слезы счастья на лицах, смех, песни... Чуть досадно – я гость на этом празднике победы, я не был на баррикадах... Зайти в знакомый подъезд не успеваю: выскакивают ребята из фракции "Смена".
– Кто свободен? Толпа на Лубянке начинает громить КГБ!..
Вскакиваем в военные грузовики и несемся к площади Дзержинского. В кузове почему-то нет скамеек, ехать приходится на корточках, держась друг за друга и сваливаясь в кучу малу на крутых поворотах... На площади настроение воинственное: уже накинута веревка на памятник железному Феликсу, кто-то призывает сейчас же брать штурмом здание КГБ. Убеждаем толпу не горячиться: многотонный памятник закреплен над станцией метро, и если свалить его, то могут обрушиться перекрытия и пострадают люди... Уговоры действуют слабо, люди опьянены легко доставшейся победой и рвутся добить ослабевшего врага, перед которым всю жизнь трепетали. Несколько остудил страсти Гавриил Попов, тогда мэр Москвы.
– Мне понятен ваш пыл. – Сказал он. – Но опыт всех восстаний и революций показывает, что первыми бросаются громить тайную полицию и контрразведку их секретные агенты, чтобы уничтожить изобличающие документы. Не поддавайтесь провокаторам, присмотритесь, кто кричит громче всех...
А потом было много всего. Тридцать лет прошло. Историю изменить невозможно. И это правильно.

Автор: Игорь Широбоков, журналист, народный депутат России

Фото РИА Новости

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

Подписывайтесь на наш Instagram

20.08.2021


Новости партнеров