Андрей Козлов: зачем нужна Общественная палата?
22 января 2026
21 января 2026 года в Чите после шестилетнего перерыва прошел Гражданский форум.
Чита.ру выставила текст выступления председателя Общественной палаты Забайкальского края Андрея Козлова, который нам показался крайне интересным. Глагол38 приводит текст с сокращениями.
Я почитал гражданские послания предыдущих лет, и мне бы не хотелось читать с бумажки, но тем не менее я написал тезисы.
По поводу моего появления в Общественной палате. Для меня это было некоторым откровением. Я не очень хотел и не стремился на эту должность, в этом зале есть люди, которые знают, что я даже сопротивлялся. Мой взгляд на то, что происходит во взаимодействии власти и общества, это взгляд человека со стороны.
Но, с другой стороны, я больше 20 лет занимаюсь журналистикой, это тоже, наверное, в какой-то мере общественная деятельность. Как бы к ней ни относились те люди, которым не нравится, что иногда пишут СМИ. <…> Первое мое ощущение было, когда я пришел в Общественную палату, заключалось в том, что никто не понимает, зачем нужна эта Общественная палата.
Я сам не понимал, зачем она нужна. По-моему, это очень большая проблема. И она в какой-то мере символизирует проблематику, которая существует во взаимоотношениях общества и власти.
Общественная палата, я вынужден сказать с этой трибуны, за 15 лет своего существования не стала серьезным и влиятельным общественно-политическим институтом в Забайкальском крае. Это всеобщая проблема. Это проблема общественников. Это проблема самой Общественной палаты. И это проблема, безусловно, власти, которая, по-моему, не совсем понимает, зачем ей нужна эта Общественная палата. Проблему мы можем общими усилиями решить, по крайней мере попробовать это сделать.
Хотя меня сегодня коллеги отговаривали от этой критики, я начну именно с критики. У меня есть ощущение, что из 42 членов Общественной палаты не все скажут, кто их выдвинул в этот орган — губернатор, заксобрание или общественные объединения. Надеюсь, что хотя бы в этом зале присутствуют все члены Общественной палаты. Потому что на заседание нам сложно их собрать. На последнем пленарном заседании мы с трудом набрали кворум.
Я прошу обратить на это внимание, у нас сама Общественная палата не до конца понимает, зачем она существует. Мне кажется, что активных членов палаты всего 10 человек, а остальных даже на заседание комитета собрать нельзя. Они не понимают, зачем они оказались в Общественной палате. И у меня обращение к коллегам...Подумайте, зачем вы в эту Общественную палату пришли, если вы не хотите в ней работать.
Помню, как мы проводили Гражданский форум, когда я еще был чиновником. Скучноватое было мероприятие, говорю вам как достаточно молодой человек. Но у меня сразу вопрос: а куда он делся-то вообще? Последний раз его проводили в 2019 году...Почему так произошло? Почему никто не поднял этот вопрос? А почему мы его не возродили раньше? А кто за это должен был отвечать? И почему мы все смотрели друг на друга в этот момент?
По-моему, исчезновение Гражданского форума и непонимание того, зачем нужна Общественная палата власти и самим общественникам, демонстрирует характер взаимодействия общества и власти. В этом взаимодействии очень много проблем, и мы очень мало об этих проблемах говорим, к огромному сожалению...
Заксобрание зовет Общественную палату только на пленарное заседание. Вы же знаете, что такое пленарное заседание Законодательного собрания? Это не место для дискуссий. Туда выносятся уже готовые законопроекты, и вот туда зачем-то зовут председателя Общественной палаты. Я раз туда пришел, второй раз пришел, ничего не понял. Пошел к председателю заксобрания Юрию Кону, спросил, почему мы не принимаем участия в обсуждении законопроектов, которые депутаты принимают. Юрий Михайлович, надо отдать ему должное, пошел навстречу и пустил нас на три комитета заксобрания. Почему-то не на все семь.
Полный текст выступления читать здесь.
Общественная палата, конечно, должна принимать участие в обсуждении законопроектов, которые влияют на жизнь региона. Этих законопроектов очень много, начиная с бюджета Забайкальского края. У нас, например, очень спорный законопроект по регулированию продажи алкоголя в регионе. Вокруг него очень много дискуссий. Когда этот закон был принят, в редакцию «Чита.Ру» потоком пошли возмущенные предприниматели, с которыми это не обсудили.
Почему с предпринимателями не обсудили закон о запрете торговли алкоголем, если он в полной мере затрагивает их деятельность? А где были общественники, которые представляют интересы предпринимателей?
Почему этот законопроект увидели уже в принятом виде? Как председатель Общественной палаты на пленарном заседании заксобрания видит то, что депутаты обсуждали месяц до этого?
Работаю я генеральным директором, поэтому обращаю внимание на деньги. Выяснилось, что на командировки членов Общественной палаты в прошлом году было заложено 100 тысяч рублей. Это вся сумма на 42 членов Общественной палаты...Вы выделили нам 100 тысяч рублей на командировки по краю, за пределы региона. Серьезно?...Это к вопросу о том, реально ли нам нужна Общественная палата, если мы на командировки 100 тысяч рублей закладываем.
Еще одна история, тоже меня совершенно потрясшая,...- это общественные советы при исполнительных органах государственной власти. Их создали по требованию федерального закона и по инициативе губернатора. У нас 10 общественных советов, с председателями половины из них я поговорил и выяснил, что они не работают. Нашим министрам не нужны общественные советы при органах исполнительной власти.
Общественные советы мешают нашим министрам работать. Министры нервничают и дергаются, когда члены общественного совета начинают давать им какие-то советы.
Это тоже вопрос о том, нужны ли нам такие советы или мы будем дальше заниматься имитацией бурной деятельности? А точнее, даже не имитацией и совершенно не бурной...
Как гендиректор «Чита.Ру» представляю, что образуется общественный совет, который говорит мне, как работать. Главному редактору «Чита.Ру» в зале уже смешно. Не надо мне советовать, как мне работать. Я могу представить любого министра, к которому пришли какие-то ребята с советами. Однако давайте посмотрим, кто трудится в этих общественных советах. Это же должны быть помощники, профессионалы, которые могут помогать принимать управленческие решения. Мы можем сделать так, чтобы эти общественные советы были рабочими органами, а не дополнительной нагрузкой и не дополнительным никому не нужным обязательством.
Один из председателей сказал, что хочет написать заявление и выйти из общественного совета, потому что он не работает. Но у меня вопрос к этому председателю: «А что ты сделал для того, чтобы он был рабочим?» Для этого есть председатель Общественной палаты, который взаимодействует с профильным вице-премьером или губернатором, в конце концов.
У меня вопрос к министрам: «Советы вам нужны только потому, что они прописаны в федеральном законе и вы обязаны их создать, или потому, что это реальный инструмент, который должен помогать вам работать, а не мешаться?»
Я состоял в некоторых общественных советах, мне всегда казалось, что они созданы для галочки. Мне коллеги говорят: «Андрей, зачем ты туда опять лезешь? Ну вот ничего же не изменится». Так это чья проблема, что ничего не изменится? Может быть, это наша общая проблема?
По поводу вообще всей этой инициативы, которая исходит от общественности. За время работы председателем Общественной палаты я провел несколько дискуссионных площадок, на большинстве мы вырабатывали такие-то рекомендации...
Когда эти рекомендации попадают в руки руководителям, это вызывает у них ярость. Меня два раза выпороли за то, что я позволил себе дать какие-то рекомендации.
Меня натурально отчитывали, даже унизили несколько раз, сообщив мне о том, что «не лезь, пожалуйста, Андрей Владимирович, туда, в чем ты вообще совершенно не разбираешься».
По-моему, это тоже демонстрация того, как часто к общественникам относятся во власти. Давайте на это обратим внимание. И знаете, если бы у нас всё было хорошо в нашем прекрасном обществе, в наших городах, поселках, наверное, не нужны были никакие советы общественников. Но у нас же не всё хорошо. Ну давайте выйдем на улицу и посмотрим вокруг...
По-моему, у нас не всё хорошо. И, по-моему, власть без общества обойтись в настоящий момент не может. И у нас огромное количество решений, которые принимаются органами власти всех уровней без участия общественников. Примеров этих каждый из вас может привести десятки, если не сотни. Я уж тем более, поскольку я профессиональный журналист. Обычная моя история — озеленение, благоустройство наших городов.
Принимают участие в этом общественники?...В какой-то мере принимают. Но судя по тому, что делают с деревьями, мне кажется, что мы все с ума сошли. Вот их просто все срубили, а зачем, непонятно.
Принимали участие общественники в разработке мастер-плана Читы? Большой вопрос. Недавно я слышал, что кто-то выступил с инициативой сделать историю Читы покороче. У нас все стремятся удлинить историю. Китайцы говорят, что первые здесь были, монголы говорят, что с них вообще пошла человеческая цивилизация. А мы сокращаем историю Читы на 40 лет. Это вообще как произошло? И это на полном серьезе обсуждается. Не знаю, кого по этому поводу спросить, но у нас достаточно общественников, которые скажут, что не надо этого делать, надо, наоборот, удлинить. Мы здесь были давным-давно, еще до китайцев, века за три до них.
Когда я готовился к этому посланию, поговорил с очень многими общественниками и чиновниками. Сложилось ощущение, что большая часть представителей власти не горит желанием взаимодействовать с общественниками. Есть ощущение, что мы часто занимаемся имитацией этой деятельности и вообще не всегда понимаем, что такое гражданское общество.
Сколько себя помню, мы всё время строим гражданское общество. Мы его построили или не построили? В какой-то мере, конечно, построили. Нельзя сказать, что у нас нет гражданского общества. Мы вообще понимаем, что мы строим? По-моему, не до конца, я вот не до конца понимаю, что за гражданское общество мы хотим в итоге получить. Я вчера искал определения разные. Для себя такое выбрал. Гражданское общество — это люди и объединения, которые берут на себя ответственность за общее дело и готовы действовать ради других, а не ради себя.
Это то, о чем, кстати, говорит губернатор, что мы часто отказываемся от своих личных интересов в пользу интересов общих. Это такая история очень социальная, коммунистическая и вообще про альтруизм, то есть про готовность работать не ради званий, должностей, денег, а ради общего дела.
С альтруизмом у части наших общественников есть огромные проблемы. Некоторые стремятся получить этот статус не для того, чтобы кому-то помочь, а чтобы пропиариться, иметь доступ к бюджетам, получить зарплату или какой-нибудь аппарат с кабинетами.
Приведу в пример помощь участникам специальной военной операции. СВО всколыхнула общественную деятельность: в каждом селе, в каждом городе у нас тысячи волонтерских объединений, которые собирают гуманитарку, вяжут сети и много чего делают для фронта. Это демонстрация того, как мы можем объединяться перед лицом каких-то опасностей.
Но к теме помощи участникам специальной военной операции прислонились очень многие люди. Натурально начали на этом пиариться, зарабатывать деньги, а может быть, даже и воровать эти деньги. Я бы мог привести какие-то вполне конкретные фамилии, которые вы все знаете. Мне кажется, этим людям должно быть стыдно и мы должны как гражданское общество, каким бы оно ни было, противодействовать этому, не принимать этого, критиковать и шельмовать этих людей. По-моему, это безобразно.
Есть совершенно удивительные истории...Когда мы начинаем что-то писать про этих общественников, они начинают звонить и возмущаться: «Сделали мы, а написали про других». То есть эти люди находят время, чтобы посмотреть, что про них написали. Вы зачем людям-то помогаете? Чтобы про вас в СМИ написали? Или чтобы людям все-таки помочь? Я знаю общественников, которые читают комментарии под публикациями о них и просят нас их удалить или скорректировать. Ребята, вам заняться нечем? Зачем вы это делаете? Какое это отношение имеет к общественной деятельности?
Любой кризис вызывает появление так называемых общественников, которые на этом хайпят...появились какие-то волонтеры, которых никто никогда не видел. Они привезли воду, немедленно об этом во всех своих социальных сетях рассказали и оказались героями. А потом исчезли куда-то. При этом все начинают забывать про людей, которые помогают другим людям десятилетиями: собирают вещи для обездоленных, помогают детям, болеющим раком. Про них вообще ничего не слышно. Они просто тихо делают свое дело, и мы про них часто не вспоминаем...
Часть общественных объединений сформировала совершенно потребительское отношение к власти. Власть им должна дать денег, должна дать кабинеты, должна оплатить какие-то билеты и так далее. Я прекрасно понимаю чиновников, которые занимаются распределением бюджетов и сатанеют от бесконечных запросов. То же самое касается большого бизнеса, который готов давать деньги, а взамен видеть вполне определенный, измеримый результат, который меняет что-то вокруг. Но мы часто не хотим этого результата, мы просто хотим получить деньги.
На самом деле в Забайкалье экономика за последние 5–6 лет выросла в два с половиной раза, денег достаточно и у власти, и у бизнеса. Но прошло время, когда деньги давали просто так. Деньги должны работать на население региона. Каждый рубль, который дает крупный бизнес или власть, должен приносить пользу.
Теперь по поводу того, как общественники относятся к своей деятельности. Мне кажется, в очень многих вопросах общественные инициативы застряли в прошлом.
Общественники порой хотят озеленить какой-то маленький дворик. Это всё прекрасно, но, по-моему, общественные институты давным-давно имеют ресурсы и возможности, чтобы решать гораздо более глобальные задачи.
Общественники должны сами меняться очень быстро, стать современными. Про это много говорится, но я редко вижу, что люди пишут современные работающие гранты.
...Мы не можем оставаться в прошлом, мы не можем работать так, как мы работали даже пять лет назад, жизнь меняется слишком быстро.
Всегда люблю вспоминать момент, когда в регион хлынули деньги. Приехал Александр Осипов, мы его очень много критиковали, я в том числе критиковал. Но следом за Осиповым появился поток миллиардов рублей. Сначала деньги начали воровать. Сколько тут людей пересажали, просто невозможно сказать. Потом начали учиться и до сих пор учимся осваивать эти деньги.
И в работе общественников с властью тоже достаточно примеров. Самый хороший пример для меня — это работа с ТОСами. В них раньше вообще не было денег, а теперь там сотни миллионов рублей. То есть появилась некая динамика, которую подгоняет власть, как ни странно, накачивая эту отрасль деньгами. Мы должны соответствовать этим деньгам, мы должны работать не так, как мы работали до того момента, как здесь появились деньги...
Власть, по-моему, должна признать, что у нас часть проблем без общественников уже не решить. Надо просто в этом себе признаться.
Таких проблем очень много, начиная от несчастных бездомных собак, заканчивая теми же самыми пожарами, которые неизвестно к чему бы привели весной и летом 2025 года, если бы не общественники. Есть проблема мусора, есть проблема поиска пропавших детей...
Есть примеры прекрасной и эффективной самоорганизации. Это происходило во время мобилизации в сентябре 2022 года. Люди организовали питание около воинской части в Песчанке. Просто были люди, которые захотели помогать своим мужикам. Приехали и сделали это сами...Во время пандемии коронавируса все тоже объединились...
Давайте помнить про них, когда мы можем объединяться, забывая про то, кто прав, кто виноват, и забывая о том, что можно получить какие-то деньги. Мне кажется, власть не понимает, как работать с волонтерами во время ЧС. На пожарах в прошлом году это было видно. Появилась толпа людей, которые хотят помогать, и никто не может понять, что с ними делать. В итоге у нас нет координации, помощь наваливается вагонами туда, где она не нужна, а где требуется — никакой помощи нет. Здесь уже без власти не обойтись.
Есть предложения, которые мы потом вынесем в резолюцию.
Я бы предложил перезапустить работу общественных советов при исполнительных органах государственной власти. Они не нужны министрам сейчас, но надо понять, что сделать, чтобы были нужны.
Прошу дать возможность председателю Общественной палаты раз в квартал давать анализ работы этих общественных советов на оперативном совещании у губернатора. Мне всегда будет что сказать, я вам обещаю.
Есть предложение — пускать членов Общественной палаты на заседания всех комитетов заксобрания.
По-прежнему никто не просит денег на зарплаты членам Общественной палаты, но на работу аппарата должны быть деньги.
Предлагаю сделать этот Гражданский форум ежегодным. Сделать его нескучным, эффективным и не забывать про него на 6–7 лет.
У нас достаточно много волонтерских объединений и много инструментов, когда власть забирает жалобы у населения и решает, что с этим делать. Наверное, можно как-то часть этой нагрузки перераспределять между общественниками, которые зарекомендовали себя. Условно говоря, колоть бабушкам дрова или носить воду.
Необходимо понять, где у нас единый координационный центр добровольцев. Я знаю, что «Единая Россия» пыталась сделать его, но что-то не очень получилось.
Есть еще одно у меня пожелание, которого мы часто чураемся. Но хотелось бы изучить опыт работы других регионов. Мы не любим этого, честно говоря, я тоже не люблю, когда тыкают, что не только у них, но и у нас тоже всё хорошо. Нет. У нас не всё хорошо, и у других регионов не всё хорошо, но где-то есть хороший опыт.
Возрастное ограничение: 16+
В наших соцсетях всё самое интересное!
