Издательство «МИФ»

Владимир Демчиков: «Патерсон», Дом кино и «Золотая Пальмовая кость»

По случаю своего 10-летнего юбилея иркутский Дом кино устроил для своих зрителей уютный и почти домашний праздник, совершенно такой, каким и должен быть праздник небольшого кинотеатра, показывающего в небольшом городе некоммерческое и фестивальное кино. Собралась благожелательная публика, был отличный фуршет,  трогательные поздравления перемежались киноквизом с вручением магнитиков, главным призом была книжка про Джонни Деппа, а в завершение праздника гостям показали новый фильм Джармуша «Патерсон» с Адамом Драйвером, Гольшифте́ Фарахани́ и английским бульдогом Нелли в роли английского бульдога Марвина.

Высокие официальные лица мелькали на дальних подступах к еде и напиткам, завсегдатаи же и друзья Дома кино, плотно окружив фуршетный стол, налегали на еду и бодро чокались шампанским. Затем с короткими поздравительными речами ненадолго выступили из тьмы славного прошлого командоры иркутской кинодокументалистики. На них и на прочих собравшихся заносчиво поглядывали амбициозные начинающие иркутские кинематографисты. Все было вкусно, душевно и легкомысленно, и в прекрасном настроении все отправились на просмотр.

Фильм «Патерсон», уже получивший отличную прессу, был в конкурсе последнего Каннского фестиваля и даже получил там один из альтернативны призов Palme Dog (тут обыграно название главного приза Palme D’Or) – этот приз был присужден посмертно той самой английской бульдожке Нелли, снявшейся в фильме и уже умершей. Название приза, присуждаемого критикой, можно вольным образом перевести как «Золотая Пальмовая кость», и то, что приз в Каннах получила собачка, сыгравшая в фильме единственную по-настоящему драматическую роль, и трогательно, и отчасти иронично.

Джармуш снял фильм о водителе по фамилии Патерсон, живущем в городке под названием Патерсон. Водителя играет Адам Драйвер (driver по-английски «водитель», но тут как раз чисто случайное совпадение, Драйвер, по словам Джармуша, был утвержден на роль драйвера уже после написания сценария). Его жену играет иранская актриса Гольшифте Фарахани. Патерсон пишет стихи, записывая их в секретный блокнот и уклоняясь от просьб жены сделать копию этого блокнота. Жена обожает Патерсона и его стихи, в которых она, кажется, ничего не понимает (впрочем, ничего в этом фильме нельзя утверждать наверняка), но это Патерсона совершенно не беспокоит. Его вообще не беспокоит ничего, кроме притекающих к нему откуда-то слов, которые складываются к строчки, которые он записывает в блокнот, как только получается остаться в одиночестве. Получается по дороге на работу, в какие-то паузы за рулем, по дороге с работы домой, где его ждет любимая жена, невкусный ужин (в этой мелочи мелькает привет из «Исступления» Хичкока) и вечерняя прогулка с бульдогом Марвином до бара и обратно.

Жена целыми днями декорирует дом, готовится к субботней фермерской ярмарке, мечтает стать звездой кантри и разучивает песню на новой гитаре, сияя небесной улыбкой и какой-то особой мягкой южной красотой. Патерсон, замороженный и медленный, похож на рыбу, медленно плывущую по реке времени из понедельника во вторник, из вторника в среду и так далее, и собирающую икринки своих стихов, а его жену в своих разукрашенных собственноручно платьях – на райскую птицу. Для картины, в которой практически ничего не происходит, и герои почти не касаются друг друга ни словом, ни телом, это почти идеальное сочетание.

Фильм замечателен ровной, почти монотонной интонацией (тут можно долго и плодотворно порассуждать о воде, которой в фильме много), а отсутствие поворотных событий становится идеальным фоном, на котором проступают события незаметные и  ничего не значащие – но наполненные ничуть не меньшей глубиной. Пешеходы на тротуаре, обрывки разговоров, мелкие совпадения, маленькие трагедии соседей героя по городку – все это образует ту самую неслышную ни для кого, кроме Патерсона, поэтическую ткань этого мира, из которой он добывает слова для своего секретного блокнота.

Единственная досада, которую испытываешь, пока смотришь это отличное кино – это как раз стихи. Они появляются на английском языке в виде титров и параллельно читаются вслух в русском дубляже (терпеть не могу дубляж), но проблемой является то, что для понимания, «хорошо» это или «плохо» по-английски, не хватает английского, а из русских переводов нерифмованных английских стихотворений Патерсона, которые мы слушаем по ходу действия,  все-таки невозможно составить представление о его стихах. То есть у Джармуша с этим как раз все так же ясно (хотя со всем остальным «ничего не ясно»), у него Патерсон – безусловно, настоящий поэт. «Патерсон» это вообще в каком-то смысле фильм о художнике. Но вечная беда с переводом поэзии мешает по-настоящему оценить эту часть построенного Джармушем «из ничего» величественного и одновременно очень камерного здания.   

Герои фильма, кстати, ходят в кино (по праздникам) – но не на блокбастеры, а на старые черно-белые фильмы ужасов. И одно ужасное событие в этом внешне бессобытийном фильме тоже все-таки происходит – не зря же бульдог Марвин весь фильм пытался что-то сказать своему хозяину.


Aliexpress WW

16.02.2017

Киноразговоры