Издательство «МИФ»

Лобстер берется за нож

Показанный в Иркутске в рамках фестиваля «Новое британское кино» фильм «Лобстер» вызвал в Иркутске ажиотаж: зал «Художественного» был заполнен почти под завязку. Сетевые музыканты, бывшие художники, профессиональные активисты, эстетствующие пенсионеры и просто кинолюбители дружно выдвинулись в кино, хотя никакой рекламы, кроме как в соцсетях, у фильма вроде бы не было. «Лобстер», конечно, картина заметная, в Канне в этом году фильм получил «Приз жюри». Но причина ажиотажа была в том, что на фильм мощно работало «сарафанное радио». Из Питера мне написала (в первый раз с 1812 года!) старинная знакомая: «Сходи непременно!». В Москве даже какому-то фейсбучанину не удалось попасть на сеанс, не было билетов. В общем, ни один фильм, кроме «Левиафана», не сопровождался на моей памяти в последнее время такой волной интереса. Естественно, мы поскакали на него, как зайцы: я даже докатился до того, что побежал покупать билеты заранее (тоже, пожалуй, впервые с 1812 года). Фильм демонстрировался в пятницу, 13 ноября, в день парижских терактов, и это после фильма казалось даже неслучайным совпадением: ведь и в «Лобстере» человеки истово убивают себе подобных, но неправильно живущих, и тоже во имя чего-то хорошего. 

«Лобстер» - первый англоязычный фильм греческого режиссера Йоргоса Лантимоса и копродукция сразу нескольких стран (Ирландия, Великобритания, Греция, Франция, Нидерланды, США). Бюджет фильма достаточно скромный (4 млн. евро), но в нем заняты настоящие звезды. В главной роли сам Колин Фарелл, а дальше в подборе актеров какая-то сплошь «бондиана»: обладательница «Оскара» Рэйчел Вайз (недавно вышедшая замуж за Дэниэла Крейга), Леа Сейду (сыгравшая «девушку Бонда» в свеженьком «Спектре» с тем же Крейгом), Бен Уишоу (сыгравший с «Спектре» и «Скайфоле» роль Q), плюс Джон Си Райли (переигравший в куче блокбастеров) и другие. 

Действие в «Лобстере» происходит в недалеком будущем. В некотором утопическом Городе тех людей, чей брак распадается, принудительно поселяют в специальный Отель закрытого типа, где им нужно за 45 дней найти себе нового супруга – или они будут превращены в животное по их выбору (главный герой выбирает быть превращенным в лобстера). Главный герой, заторможенный очкарик, приезжает в отель с собакой, в которую когда-то превратили его брата. В отеле жесткая дисциплина, стимулирующая половую активность головного мозга: строго запрещена мастурбация (нарушителю поджаривают пальцы в тостере), но при этом каждый день горничная в рамках обязательной процедуры принудительно ерзает по лежащему навзничь главному герою попкой, вызывая эрекцию. Чистота и комфорт отеля, кстати, вполне отвечают представлениям советского человека о высококлассной гостинице, а некоторый кретинизм коллективных ритуалов мало чем отличаются от привычных всем форм корпоративного отдыха, сектантских радений или тренингов об «успехе». Так что вроде бы чего и не жить в хорошем месте. Тем более что можно продлевать пребывание в отеле, убивая на охоте «одиноких» (тех, кто сбежал из отеля), за каждого убитого «одинокого» срок пребывания в отеле продлевается на один день. А заодно постояльцы таким образом помогают обществу избавляться от нелегалов. Но если человек все-таки не находит себе пару, его время заканчивается, а он не желает превращаться в животное, есть только один выход: бежать из отеля в лес – и прибиться к тем самым живущим в лесу «одиноким», на которых он еще вчера охотился.

В общем, из отношений между людьми в том будущем, о котором снят фильм, полностью исключены свободные чувства и здоровая спонтанная эротика. Флирт и любовь в отеле невозможны – в условиях цейтнота люди зажаты и несвободны. Герой, правда, пытается создать пару с бесчувственной садисткой, убившей уже около 130 «одиноких» и имеющей в запасе 170 дней. Это довольно загадочное решение - но у садистки короткая стрижка, которая нравится герою, и он решает тоже прикинуться бесчувственным садистом, тем более что время идет. Трудовой секс героя с садисткой (во время которого мы видим только исступленно сексуемую пыхтящим героем мрачную садистку) напоминает одновременно восхождение на Эверест и работу на приусадебном участке. И если воспринимать «Лобстера» как жестокую сатиру на институт семьи как таковой – это, несомненно, один из ярчайших эпизодов фильма. Но семейная идиллия рушится: садистка забивает ногами его собаку, т.е. на самом деле его брата – и герой не может сдержать слез. Она сразу тащит разоблаченного притворяшку его в администрацию отеля, чтобы сдать лжеца с потрохами. Но по пути его выручает горничная (та самая, которая ерзала по нему попкой), и герой бежит в лес, к «одиноким», предварительно превратив садистку в неизвестное зрителю животное. Теперь вроде бы единственная опасность, которая его подстерегает – это быть подстреленным на охоте. Но на самом деле у «одиноких» все еще хуже, чем в Отеле. Они - принципиальные противники брака, флирта и прочих естественных отношений полов. И дисциплина у них еще более жесткая, чем в Отеле и в Городе. За поцелуй, например, виновникам отрезают губы, а уж наказание за преступный половой акт настолько жестоко, что в фильме о нем даже не говорят.

И именно тут героя настигает настоящая катастрофа: он влюбляется в «одинокую» героиню Рейчел Вайз. Вся вторая половина фильма – это попытки героев (не слишком удачные) скрывать свои отношения и убежать из лесного дисциплинария обратно в город. Бежать героям в конце концов удается, правда, одному из них приходится невольно заплатить за это ужасную цену. Фильм заканчивается, кажется, в той же самой кофейне, в которой начиналось «Криминальное чтиво» (только обивку сменили у мебели). И все обрывается в тот самый момент, когда главный герой собирается уже сознательно заплатить за свободу ту же цену, которую уже заплатила его возлюбленная. 

Первая половина фильма – это макабрическая антиутопия и черная комедия про жалких людишек, которые могут сохранить хотя бы внешний человеческий облик только ценой внутреннего превращения в послушных баранов, и в которой все смешно и страшно, но больше все-таки смешно. Но вторую половину фильма режиссер, вдруг заговоривший голосом проповедника, пропитывает уже настоящей кровью. Сохранить в себе человека, как бы говорит режиссер, возможно только с огромными потерями. Остаться живым, несломленным, чувствующим – почти невозможно, для этого вокруг слишком людей, которые готовы защищать нормы и правила. И в беспомощного лобстера теперь герой должен превратить себя сам, чтобы уравнять себя со своей любимой и остаться свободным человеком. 

Фильма о чувствах, кстати, практически антипсихологичен, герои в нем живут и действуют как замороженные и заторможенные холоднокровные рыбы. Их воспитание и сдержанные манеры настолько маскируют внешние проявления чувств, что мы никогда не знаем, что они думают и что чувствуют. Постоянное тяжелое притворство – основное содержание их жизни. Отличная сцена разыгрывается у родителей предводительницы «одиноких» (ее великолепно играет Леа Сейду). Главные герои, которые должны «изображать» на глазах у посторонних людей любящих мужа и жену (а на самом деле они только там и имеют возможность поцеловаться по-человечески), вдруг теряют контроль на собой. Предводительница сразу все понимает – и герои с этого момента обречены. В этой сцене – весь фильм в миниатюре: здесь герои вынуждены старательно изображать, что они любят друг друга, и через это скрыть, что они любят друг друга. То есть их ласки и объятия одновременно и совершенно искренние, и играют роль маскировки. 

Известнейшие раскрученные актеры, привыкшие в форматных коммерческих фильмах играть понятных героев, в «Лобстере» как будто бы снимаются без грима и играют как в документальном кино. И создается странное впечатление, что они играют почти «самих себя». И такое перемещение «звездных лиц» с неба на землю – сильный прием, хорошо сбивающий инерцию зрительского восприятия.

В общем, резюмируя: фильм произвел очень странное впечатление. Он раздражает даже когда веселит, режиссер то проповедует, то играет со зрителем в кошки-мышки. Иногда он кажется шарлатанским прогоном, иногда великолепным открытием фантастического мира. Фильм успешно ускользает от жанрового клише и по сути дела ничем не заканчивается. Героя, которому по инерции хочется сочувствовать, почему-то все время хочется назвать идиотом. В общем, это странный, необычный и неуютный фильм. Но забыть «Лобстера» и перестать думать о нем – довольно сложно. К тому же нет-нет – да и засвербит родимый экзоскелет где-то в районе клешни.

Автор: Владимир Демчиков


Aliexpress WW

24.11.2015

Киноразговоры