Культпросвет-4

Отличную традицию возобновил "МК-Байкал" - ежемесячную рубрику «Культпросвет», которая рассказывает о поэтах и писателях. Так в первом выпуске мы познакомились с произведениями  Александра Кашицына, Михаила Денискина, Константина Максимова и Алены Рычковой-Закаблуковской. Во втором втором выпуске нас ждала встреча с творчеством Любови Сухаревской, Артема Морса и Игоря Корниенко. В третьем выпуске - с творчеством Екатерины Боярских, Виталия Науменко и Лидии Шаркуновой. Сегодня четвертая встреча.

Василию Орочону, поэту из Братска, 1 декабря исполнилось бы 64 года. С его уходом Братск, который в конце XX века готов был на одной литературной волне с Иркутском, потерял одного из последних представителей той, задиристой, живой литературы, члена неформального литературного объединения «Шклинда». «Шклиндовцы» выпускали самиздат, устраивали квартирники, просто дружили, представляя собой уникальный образчик литературного братства, исчезнувшего к нашему времени как факт.

Дойду до последнего лога

и выстрелю в солнце с утра,

сменяю божественный логос

на древние звуки «уа».

«Уа» разнесется по склонам,

откликнутся сосны: «Ау».

И росы, утративши скромность,

вопьются со страстью в траву.

Убито бессмертное солнце,

безжалостно вырван язык,

но звук первобытный несется

до самых истоков Янцзы.

 

Ирина Рыпка (Плотицына) родилась в Нижнеудинске, по образованию медицинская сестра. Печаталась в изданиях "Новая реальность", "Буквица", "Белый ворон", "Этажи", "Иркутское время", лауреат фестиваля "Дорога к храму 2015-2016", финалистка "Грушинского фестиваля 2016-2017", лауреат "Чемпионата Балтии-2017", золотой и серебряный призёр международного фестиваля "Интереальность" (2016, 2017). Автор поэтической книги "Время сухих стрекоз", которая вышла в серии "Скрепка" проекта "Поэты в городе".

Простынь
вчера был ветер - приходил, стучался,
выкручивал осине триста рук.
на лавочках - ни пьяниц, ни старух.
все разошлись, а ветер рвал на части
оставленную на балконе простынь;
она сопротивлялась как могла.
над городом сгустилась грозно мгла,
но где-то впереди забрезжил остров!
и простынь нас негаданно спасла -
раздулась, точно самый прочный парус!
и дом поплыл, как жёлтенький икарус,
и вазочка на краешек стола
скатилась, и задребезжала ложка.
и засмеялся мальчик у соседей, -
ура! мы едем, мы куда-то едем!
по кочкам и по маленьким дорожкам,
и в ямку - бух! и на пригорок - ухх!
и якорь распустился пышной кроной,
и только, тополь стоило затронуть,
как тут же повалил на землю пух.

 

Мариэтта Захарян родилась в Иркутске. Окончила Иркутский государственный лингвистический университет и мастерскую Юрия Арабова во ВГИКе. Работала автором и ведущим на радио, внештатным корреспондентом в газетах, редактором журнала "Другое кино", менеджером отдела переводов и синхронным переводчиком фильмов Московского международного кинофестиваля, заместителем гендиректора кинокомпании и др. Как сценарист работала в 12 проектах, в том числе в ожидаемом к выходу сериале "А.Л.Ж.И.Р" - о событиях в печально известном лагере для жен "изменников родины".

Мне не хватает роста

Мне с детства для счастья не хватает только одного – РОСТА. Все остальное у меня для счастья есть. Тогда, в детстве, я еще не знала, что Рост – это конкретный человек, и зовут его Юрий, но уже тогда чувствовала, что мне не хватает конкретно его. Когда в каком-то там 5-м классе мальчик, который мне нравился, сказал мне: - А ты куда, шпендик? – я после этого пряталась дома за шкаф и молила бога, чтобы он дал мне РОСТА.

Спустя много лет, когда я поступила во ВГИК, в начале 2000-х, я сидела в библиотеке иностранной литературы и кропала там свои первые этюды и новеллы, мучительно стараясь нащупать собственную тему, почувствовать свою интонацию, свой размер... Выходило все какое-то куценькое, серенькое, съеженное, и я все не могла понять, чего мне не хватает. И я бросала свою писанину и шла пройтись по этажам моей любимой библиотеки. А в холле библиотеки шла выставка «Когда Пушкина не было дома». Там на фотографиях Юрия Роста были интерьеры пушкинского дома в Петербурге, где автору разрешили остаться одному на ночь. И эти пустые комнаты на снимках явно были полны невидимых существ, сущностей, энергии, которая не покинула этот дом и остается в нем и через 150 лет после того, как Пушкин ушел оттуда. Глядя на эти снимки, я отчетливо ощутила, чего мне не хватает. Мне не хватает РОСТА. Внутреннего роста, смелости зайти в дом Пушкина – в литературу – не вместе со всеми, не при свете электрических ламп и не под рассказ гида об умершем поэте, а в одиночку, ночью, когда никто не видит. Не для того, чтобы показать себя, а чтобы посмотреть, что там; не для кого-то другого, а для меня самой.

С тех пор каждое пересечение с Юрием Ростом – его фотографии, эссе, статьи, интервью, передачи о нем – стали для меня каким-то знаком, ориентиром, куда я хочу двигаться, как мне не заглушить свое безудержное желание творческого выражения. Глядя на него самого, на его работы, я ощущала свободу, жажду жизни и творчества. У меня всегда дух захватывает от того, как Рост проживает свою жизнь: как ему готов раскрыться любой человек из любого общества в любой стране. Как просто он находит общее с моими величайшими кумирами – с Параджановым, с Иоселиани, с Тонино Гуэрра, с Пушкиным - и с каким-нибудь стариком в горном селении или солдатом в горячей точке. Как он умеет слушать и как умеет рассказать о том, что услышал и увидел. Как он умеет запечатлеть человека - таким образом, будто время не остановилось, и это не кусок бумаги с портретом, а окно, сквозь которое я смотрю на самого этого человека, а не на его изображение. Это сам Петр Наумович Фоменко смотрит на меня с фотографии над моим рабочим столом – фотографии, сделанной Юрием Ростом. Юрий Рост, мне кажется, по масштабу сравнится только с Чеховым. Они и правда похожи – даже внешне. И особенно тем, как готовы раскрыться люди в присутствии и того, и другого...

Должно было случиться, что я утром включила радио именно в тот момент, когда там поздравляли Юрия Роста и рассказали, что свой день рожденья он будет праздновать вечером в театре «Современник»; и должно было случиться, что потом целый день все откладывалась и переносилась с места на место моя встреча, и я должна была дойти до полного отчаяния и потерять всякий интерес к тому, как я выгляжу со стороны. Все это должно было случиться для того, чтобы я могла сегодня -- нет, прямо сейчас! --поздравить Юрия Роста с днем рожденья! Мне так плохо, что мне все равно, как я буду выглядеть. Просто мне хочется поздравить Юрия Роста с днем рождения – и судьба дает мне такой шанс: я уже туда еду! Оказывается, я не несчастная дура, у которой все так неудачно сложилось в жизни, напротив, я очень счастливая, потому что еду поздравить близкого мне человека! Эта мысль пронизала все мое существо, как какая-то инъекция счастья. Гармония высшего смысла разлилась у меня в крови, побежала по венам, омыла правый и левый желудочки сердца, устремилась к ногам, а потом фонтаном устремилась вновь вверх – мои легкие расправились, и дыхание стало глубоким и ровным. Я почувствовала, как, продолжая сидеть в маршрутке, я на самом деле лечу по воздуху. Меня поднимает ввысь огромный воздушный шар – тот самый, с логотипом «Новой Газеты», на котором однажды поднимался сам Юрий Рост. Ветер раздувает волосы, я поднимаюсь высоко и слышу эту потрясающую тишину неба – звуку в нем не от чего отразиться. И ты как будто растворяешься в воздухе, и ты сам – воздух… Я плыла по воздуху и когда ехала под землей в метро, и когда шла по бульвару мимо спешащих людей. Все, казалось, спешат поздравить Роста, но все идут, а я лечу. Я лечу, и потому все вокруг гораздо ниже меня. Я выше всех!

Полный текст в МК-Байкал


06.12.2018

Уголок библиофила