Год Байкала уже начался?

Руководство Иркутской области объявило 2021-й "годом Байкала", предложило федералам поддержать эту инициативу, и те благосклонно кивнули. "Год Байкала" – ёмкое понятие и может быть наполнено разным содержанием. Об этом Евгений Симонов в авторской колонке на "Сибирь. Реалии". "Глагол" публикует ее с сокращениями.

В каком-то смысле "год Байкала" уже начался годом ранее, и это скорее год произвола, ведущего к деградации озера. В сентябре 2019-го Владимир Путин дал правительству поручения о том, как именно охранять Байкал и выполнять Конвенцию ЮНЕСКО о всемирном наследии, но они остались невыполненными. Контрольное управление президента до сих пор пытается разобраться, как чиновники ухитрились замылить дюжину конкретных поручений. Но Байкалом управляет не правительство, а проектный офис федерального проекта "Охрана озера Байкал" нацпроекта "Экология". Изначальная задача офиса – поделить деньги нацпроекта между влиятельными организациями и отчитаться о достижении запланированных результатов. Большая часть денег запланирована на очистные сооружения и ликвидацию залежавшихся на побережье отходов БЦБК, а также выпуск искусственно выращенных мальков омуля и осетра.

Для управления Байкалом в министерстве природных ресурсов создан профильный департамент ООПТ и Байкальской природной территории, но реальное управление байкальской проблематикой передано в департамент по отходам. Естественно, что департамент отходов весь в мусорной реформе, в Байкале ничего не понимает, а почти все байкальские вопросы находятся на аутсорсинге в "проектном офисе по Байкалу", который является временным негосударственным образованием.

Любое поручение решить ключевые проблемы Байкала, данное министру, соскальзывает в проектный офис, не имеющий ни полномочий, ни квалификации этим заниматься. Задача офиса – в срок тратить деньги нацпроекта так, чтоб никого за это не посадили. С первых его шагов выяснилось, что больше всего работе мешает байкальское природоохранное законодательство, не позволяющее быстро расходовать деньги "на экологию". Например, очистные на берегах должны очищать воду до байкальской чистоты, а это требует особых нестандартных подходов к проектированию и реализации проектов. Строить же эти очистные нельзя на "незатронутых природных территориях", где еще сохранилась естественная флора и фауна надо прилагать большие усилия.

Байкальский проектный офис нашел свою нишу: возглавил и скоординировал движение за ослабление байкальского законодательства. Начали с "норм допустимых воздействий на уникальную экосистему озера Байкал", предъявлявших "избыточные" требования к концентрациям загрязнителей в сбросах очистных сооружений. Но на пути ослабления норм встали ученые и общественные активисты. Нормы не получилось сильно ослабить, и в результате работы "согласительной комиссии" их даже удалось усовершенствовать.

Следующим объектом трудов проектного офиса стал главный подзаконный акт "Закона об охране озера Байкал" – "Перечень видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории". Отменили старый перечень, действовавший почти двадцать лет. Чтобы обновить перечень, минприроды запросило влиятельных интересантов, каких изменений и послаблений они хотят, и регионы, ведомства и акулы бизнеса составили длинный список ослабления режимов охраны. При этом процесс лоббирования ведомство выдает за "широкое общественное обсуждение".

Летом 2020 года выставленный по настоянию общественности на сайте обсуждения нормативных актов новый проект перечня набрал рекордные 11.000 дислайков, а формальные ответы людям, подавшим письменные замечания, занимают сотни страниц. Интересанты самые разные: от юристов и иркутских депутатов, лоббирующих упрощение раздачи земель побережья под застройку гостиницами и коттеджами под предлогом "восстановления попранных прав населения", до Корпорации развития "ВЭБ", полагающей, что свобода от природоохранных ограничений – залог "устойчивого" развития Байкальска и промзоны БЦБК.

Массовый бум туризма на побережье Байкала в последние 10 лет привел к огромному количеству нарушений в земельной сфере. Природоохранной прокуратурой инициированы множественные иски о сносе незаконно возведенных объектов в водоохранной зоне озера. Понятно, что исключение запрета на строительство в защитной зоне озера приведет к массовому же узаконению (в судебном порядке) этих незаконно построенных объектов. Например, на острове Ольхон каждая вторая незаконная гостиница фактически принадлежит китайскому бизнесу. А китайцы ведут турбизнес так, что лишь самая минимальная доля прибыли остается в России и работает на местную экономику. Другая половина турбизнеса принадлежит иркутским и московским чиновникам и связанным с ними предпринимателям. Поэтому "местному населению" разрешение застраивать водоохранную зону принесет минимум пользы и массу проблематичных соседей.

Самым же очевидным последствием интенсификации застройки будет усугубление уже идущей деградации байкальских мелководий. Побережье озера Байкал не обеспечено очистными сооружениями в достаточном количестве, чтобы хоть как-то снизить попадание неочищенных стоков в озеро. Рост числа строений и числа туристов будет означать рост загрязнений и разрушения экосистем озера, уже не справляющихся с современным количеством стоков. При этом ровно никакой концепции "охраны Байкала" за новым перечнем не стоит, природоохранного обоснования не имеет, а местами противоречит духу и букве самого закона "Об охране озера Байкал". Начальник проектного офиса по Байкалу Максим Стафеев уже заявил, что это противоречие временное, и, покончив с перечнем, офис возьмется за правку самого закона о Байкале…

Росводресурсы и Департамент государственной политики и регулирования в области водных ресурсов минприроды России недавно подали на подпись Мишустину опасное для экосистемы Байкала и населения постановление о бессрочном расширении диапазона колебаний уровня озера, который регулируется плотиной Иркутской ГЭС. Известно, что в связи с массовой незаконной застройкой нижнего бьефа по реке Ангара, во избежание ее затопления, сброс с Иркутской ГЭС производится менее необходимого. На последнем заседании Ангаро–Байкальского бассейнового совета рекомендовано установление зон затопления на отметке высот 458,2 метра. Прогнозируется, что зона затопления будет составлять в некоторых местах более 500 метров.

На проект постановления правительства "О максимальных и минимальных значениях уровня воды в озере Байкал" поступило более 200 замечаний от сотни экспертов и граждан, но ведомство отмело их, не изменив ни буквы.

Евгений Симонов – координатор коалиции "Реки без границ"

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

 

 

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

Подписывайтесь на наш Instagram

10.01.2021


Новости партнеров