Издательство «МИФ»

Людмила Добосова: «Тотальный диктант пишут люди, неравнодушные к будущему»

Иркутск входит в пятерку городов-лидеров по количеству участников проекта «Тотальный диктант», а по числу желающих пройти подготовительные курсы к нему «Русский по пятницам» вообще впереди России всей. Один из лучших гуманитарных проектов нашей страны последних лет буквально покорил иркутян, стал ожидаемым событием весны, неким «паролем» для тех, кто любит русский язык и считает грамотность личной ценностью. Вопрос: «А ты пойдешь на тотальный диктант?» всё чаще можно услышать в разговорах ближе к апрелю.

Столь завидной судьбой и яркой историей в столице Восточной Сибири «Тотальный диктант» во многом обязан его организатору в Иркутске – Людмиле Добосовой, человеку увлеченному, деятельному, обаятельному, влюбленному в «великий и могучий» и проект, ему посвященный. «Я сейчас живу “Тотальным диктантом“. Все мысли, всё время, вся энергия посвящены только ему. Иначе не умею, да и иначе проект не получался бы таким качественным и классным, какой он в нашем городе», – призналась она во время нашего разговора. Но началась беседа с событий пятилетней давности, когда проект «Тотальный диктант» впервые «покинул» родину – Новосибирск. 

Три личных «кита» диктанта 

– Людмила, давайте вернемся к началу иркутской истории «Тотального диктанта»: когда и как протянулся интеллектуальный «мост» между Новосибирском и нашим городом? 

– В 2011 году на факультет филологии и журналистики Иркутского госуниверситета пришло письмо от новосибирской команды «Тотального диктанта» с предложением выступить в качестве организаторов проекта в Иркутске. Руководство факультета сразу обратилось ко мне, сказав: «Ты же активная, давай ты и проведешь его». Действительно, во время учебы я занималась разными проектами, не связанными с грамотностью, мне это очень нравилось. После окончания осталась преподавать, и так получилось, что первые шесть месяцев как раз никаких проектов не было. Честно, я соскучилась по такой работе, поэтому, подумав, согласилась. Письмо пришло 1 апреля, помню, как следующим утром ждала, когда можно будет позвонить в Новосибирск с учетом разницы во времени и подтвердить наше согласие начать проект в Иркутске. Времени до диктанта оставалось совсем мало – он был назначен на 25 апреля, но я была настроена оптимистично, была уверена, что справлюсь, не зря же так много проектов уже было сделано. Кстати, в тот год «Тотальный диктант» впервые «вышел» из Новосибирска и «пришел» еще в 11 городов. Позвонила и сказала, что буду делать. 

– Браться за абсолютно новый для региона проект, который надо реализовать за три недели, – это большой риск, даже несмотря на опыт проектной работы. Воодушевить на него может только что-то особенное, очень личное. Что это было для вас? 

– Прежде всего, мне нравится организовывать мероприятия, делаю это, без преувеличения, сколько себя помню, я общественница со школьных времен. В период учебы в университете был форум «БайкалPRоект», студенческие, городские мероприятия. Замечу, что сначала я не оценила всей глобальности предстоящей работы, отнеслась к «Тотальному диктанту» только непосредственно как к проекту, который надо «технически» организовать от и до. Когда же начала вникать в проект – быстро, как только переговорила с инициаторами в Новосибирске, – поняла, что в будущем он может стать огромным. И это тоже понравилось. Очень. 

Если же говорить про личный интерес, то да, он тоже был: хотя я по образованию не филолог (окончила хоть и филфак, но специальность «связи с общественностью»), но грамотность для меня всегда была одной из важных ценностей. Таким образом, «Тотальный диктант» объединил три принципиальные составляющие моей жизни: полученные за пять лет на факультете журналистики знания, работу в университете (преподаю теорию и практику связей с общественностью и пиар-жанры) и мои навыки по организации мероприятий. 

Скепсис филологов и забитые под завязку аудитории

– Такой масштабный проект невозможен без команды. Как его восприняли на филологическом факультете, кто стал вашими основными помощниками? 

– Сначала относились с недоверием. Когда пришла к филологам и сказала, что стала организатором «Тотального диктанта» и предложила сотрудничать, они остудили мой пыл: «Да ты что, это же никому не интересно, к тебе придет десять человек, так что не берись за это, не трать время». В какой-то мере я была согласна с ними, ведь сейчас, с переходом всех на различные гаджеты, на компьютерный набор текста с программах, корректирующих правильность написания слов, наблюдается снижение грамотности, ее ценность утрачивается. Поэтому, как мне говорили, для людей не интересно проверять то, что для них не является значимым, куда интереснее прийти на городской праздник с призами, выступлениями, весельем. 

Думаю, проблема в снижении грамотности и в том, что мы стали менее внимательными, отвлекаясь на много вещей сразу, теряя сосредоточенность, плюс меньше читаем. Кроме того, идут изменения в культуре. Активные пользователи гаджетов меньше ценят грамотность, а ведь она – прежде всего, уважение к тому, кто читает тобой написанное. Уже в следующие годы, занимаясь проектом, когда искала спонсоров на проект и рассказывала им о его важности, иногда в ответ слышала: «Я заработал миллионное состояние, хотя у меня тройка по русскому языку». Это тоже позиция, я к ней спокойно отношусь. 

Тогда, пять лет назад, сразу меня поддержала только Людмила Ивановна Горбунова. «Давай сделаем!» – сказала она. Другие филологи, конечно, тоже помогли и в прочтении и в проверке. Но именно поверила в проект Людмила Ивановна. Она возглавила экспертную комиссию по проверке диктанта в Иркутске, сейчас также занимается работой с текстом для проекта.

– Что укрепляло вашу веру в разговорах со скептиками? 

– Я тоже переживала из-за количества участников, но потом подумала, что у меня много друзей с такими же ценностями (люди ведь подбирают друзей под себя), «ВКонтакте» только тысяча человек друзей, значит, хотя бы сто человек, готовых попробовать себя в чем-то новом, связанном с грамотностью, мы наберем. И правда, когда стала рассказывать им о проекте, все максимально помогали, пришли написать диктант, говорили, насколько это классно и как они верят в меня и в проект. Одна подруга совершила подвиг, потом вместе со мной вбивая результаты в базу, чтобы участники могли как можно скорее увидеть их. А теперь, страшно представить, у нас уже 250 волонтеров!

В итоге в день первого «Тотального диктанта» в Иркутске на филфак пришли 270 человек, мы заняли под завязку восемь аудиторий. Тогда филологи удивились – и поверили в проект.

– Скептики сменили мнение, участники почувствовали драйв от проверки собственной грамотности, а каковы были ваши первые впечатления после того, когда всё закончилось? 

– Это был успех. Очевидный. Знаете, успех некоммерческого проекта (в отличие от коммерческого, где он измеряется размером полученной прибыли) определить сложно. Но в случае с «Тотальным диктантом» это успех «осязаемый», сложившийся из нескольких ярких составляющих. 

Одна из них – мощная поддержка СМИ: журналисты тогда сняли о нас около двенадцати сюжетов, написали много материалов, интересовались развитием проекта с первого дня, приглашали на пресс-конференции и были с нами весь день проведения диктанта. Это радовало, поддерживало, давало силы, и я очень благодарна всем СМИ за такое внимание к общественному некоммерческому проекту. Без них было бы сложнее. Сейчас по освещению в СМИ «Тотального диктанта» Иркутск занимает лидирующую позицию в России.

Другой показатель успеха – и количество, и отзывы участников, многие из которых потом побывали и на всех последующих диктантах. Например, перед первым диктантом нам позвонил человек и спросил, не будет ли мешать, если придет с машинкой со шрифтом Брайля. Я сказала, что, конечно, он может прийти. С тех пор он не пропустил ни одного диктанта и неизменно пишет их на хорошие оценки.

Также для успеха важно, что этот общественный некоммерческий проект находит помощников, и с каждым годом их всё больше. На первый диктант мы просили прийти участников со своими ручками, теперь же выдаем не только их, но и различные сувениры с символикой диктанта. Это результат появления хороших спонсоров проекта. Например, в 2012 году компания «Байкалвестком» первой дала на проект 30 тысяч рублей – я считала, что мы богаты, сможем напечатать хорошие афиши, сделать ручки, качественно оформить все аудитории (с каждым годом число площадок «Тотального диктанта» увеличивается на 4 – 5). 

И еще одна составляющая успеха – мое внутреннее чувство, что проект получается. Я живу этим проектом и очень люблю его. У людей разные идеи, которым они посвящают время и мысли: кто-то защищает китов, кто-то отстаивает сохранность леса. Так же и я: развиваю проект, посвященный повышению грамотности, потому что без нее мы утратим часть чего-то важного для своей души, для мировоззрения. 

«Тотальный диктант» – это вызов, который стоит принять 

– Как вы, «живя» в проекте и проектом, оцениваете тексты для «Тотального диктанта»: насколько они, по-вашему, соответствуют идее, атмосфере, которую хочется создать для тех, кто решается проверить грамотность? 

– Каждый год текст для «Тотального диктанта» пишут разные авторы, поэтому и шарм каждый раз другой, и особенности ауры всего происходящего тоже. Я оцениваю тексты просто: нравится – не нравится, сложно написать – не представляет особой сложности. 

По моему мнению, в 2011 и 2012 годах тексты Дмитрия Быкова и Захара Прилепина были непростыми для человека, не имеющего филологического образования. Сразу видно, что Дмитрий Быков в прошлом – учитель русского языка. Больше всего понравился текст Дины Рубиной (писали в 2013 году), где она размышляет, зло или добро несет Интернет. Он был сложен с точки зрения прямой речи, вводных конструкций. Любимый текст – про детство Алексея Иванова (писали в 2014 году). «Чусовская – Тагил… Этим поездом я ездил только летом. Вереница вагонов и локомотив –угловатый и массивный, от него пахло горячим металлом и почему-то дегтем». До сих пор помню его начало. Такой душевный, добрый, хороший, по орфографии и пунктуации не совсем простой, но в нем всё было понятно. Текст Евгения Водолазкина, предложенный в 2015 году, не вызвал у меня особенных эмоций, текст как текст.

Если говорить о критериях, то я убеждена: текст не должен быть ни суперсложным, ни слишком простым. Он должен быть таким, чтобы человек, его пишущий, понимал, что текст – это вызов для него, и он его принимает. И для ответа на такой интеллектуальный вызов надо приложить усилия, чтобы потом поймать чувство победы – над собой, своими страхами, неуверенностью. И если что-то не устроит в первый раз, попробовать снова. Люди, которые приходят, заслуживают уважения. И не так уж важно, кто какую оценку получил. Да, пять надо заслужить, но не пять – это не показатель того, что ты неграмотный. К «Тотальному диктанту» стоит относиться как к захватывающей интеллектуальной игре: в меру серьезно, в меру с юмором. 

– Вам самой удалось хоть раз написать диктант – для себя? 

– Нет, это получалось бы не очень честно, потому что я распечатываю текст диктанта для тех, кто будет читать его в аудиториях, просматриваю на ошибки при печати, потом вижу написанные работы и обсуждаю их с филологами. 

– Сейчас много говорят о том, что приближается эра искусственного интеллекта. Роботы уже пишут новости для информационных порталов, а недавно роман, созданный роботом, прошел в шорт-лист одной из литературных премий. Может ли робот написать текст для «Тотального диктанта»?

– Я за прогресс и развитие технологий, восхищаюсь теми, кто создает роботов. Если кто-то делает настолько совершенных, что они могут писать впечатляющие тексты, – почему бы и нет, пусть бы написал и для диктанта. Только возникает вопрос, как он будет взаимодействовать с организаторами диктанта: дело в том, что работа с автором очень кропотливая (он же редко филолог, как Евгений Водолазкин), текст для диктанта выстраивается в процессе длительной коммуникации. Поэтому, думаю, всё же лучше доверять это живому человеку, как бы ни развивались технологии. И проверяющих филологов никто не сможет заменить, слишком много в «Тотальном диктанте» «человеческих» нюансов. 

Подчеркнуть интеллигентность города 

– «Тотальный диктант» стал событием, которое изменило жизнь города?

– Точнее – событием, которое подчеркивает индивидуальность города. Еще Чехов говорил, что Иркутск – город интеллигентный. Иркутяне любят культурные интеллектуальные проекты (один из показателей – билет в театр в Иркутске не купишь в день спектакля). И то, что в «Тотальном диктанте» с каждым годом участвует всё больше людей (ежегодно добавляется по 400 –500 человек, в этом прогнозируем 2500, на подготовительные курсы «Русский по пятницам» приходит по 300 человек), тоже подчеркивает интеллигентность и неравнодушие горожан к будущему, ведь язык – это основа культуры, и если мы его ценим, то мы сохраняемся, то есть даем себе шанс на качественное будущее. 

Автор: Анна Важенина


11.04.2016


Новости партнеров

Вузовские вести

Романтика Второго Иркутска: голубевод Владимир Колодкин о любимых птицах

Уроженцу Киренска, популярному актеру Леониду Кулагину - 80 лет!

Да Бохан их знает: юные КВНщики из бурятского поселка приняли участие в телепроекте

На всем пространстве СНГ оказалось два мужика - Лукашенко и Боровский

Иркутск после апокалипсиса времен Степана Шоболова

Выпускники лицея ИГУ провели свой «Последний звонок» в Minecraft

Актёр иркутского драмтеатра Яков Воронов отмечает шестьдесят пятый день рождения

Юбилей актрисы Тамары Панасюк

Тайшетские школьники нарисовали победу

На окраине Новосибирска произошла «битва за последнюю бутылку»

На окраине Новосибирска произошла «битва за последнюю бутылку»

На окраине Новосибирска произошла «битва за последнюю бутылку»