Издательство «МИФ»

Макс Дигас: «Природа открывает тебя истинного»

«Путешествие — опыт самопознания, физическое перемещение с духовными последствиями». Так в одной из своих книг рассуждал писатель-космополит Александр Генис. Развивая эту мысль, автор иркутского общественного проекта «Походные тренинги» Макс Дигас мог бы уточнить, что таким невероятным эффектом обладает не только многотрудный вояж за тридевять земель, но и однодневный поход по лесам в окрестностях Иркутска. О том, как тропа на пик превращает эгоистов в лучших «подставителей» плеча и как отдых с хорошими людьми меняет жизнь, наш сегодняшний разговор. 

«Шагнуть» из офиса на вершину 

– Макс, что стало «отправной точкой» проекта?

– Три года назад, в августе, у нас со знакомыми появилась идея выбраться на природу. И кто-то из них буквально ткнул меня локтем в бок: «Ты же в детстве и студенчестве увлекался походами, давай, ты и поведешь». Действительно, увлекался. Подумал, почему бы не вспомнить то время? И стал размышлять, куда вести. Решил, что самый простой маршрут для людей сугубо городских, к трудностям «дикой природы» не привыкших, – на скальник Витязь: добраться легко, место красивое, популярное, с историей.

В импровизированную туристическую группу набралось человек двадцать пять. Погрузились в электричку, доехали, бодро дошли до места, пожарили шашлыки, погуляли по окрестностям, вернулись довольные. Потом еще раз попросили куда-нибудь сводить, и еще. 

Глядя на это, мой партнер по бизнесу Любовь Лашкевич как-то говорит: «А почему бы тебе не начать постоянно водить группы в походы?». Признаюсь, у меня тоже начали появляться такие мысли. Глубоко внутри формировалось душевное состояние готовности добавить в жизнь, где есть любимая работа и семья, еще и это любимое занятие. 

Получалось, есть я с моей увлеченностью походами, и есть иркутяне, никогда не пробовавшие «проверить себя» лесом и горами, но желающие провести выходные не как обычно. Я захотел попробовать нас «объединить» и для себя совместить приятное с полезным: заниматься любимым делом и помогать людям, не имеющим ни физической подготовки, ни экипировки, ни снаряжения, совершать походы, зная, насколько это может быть увлекательно. Так появилась идея моего проекта «Походные тренинги». 

– Как его восприняли потенциальные походники?

– Сначала присоединялись ко мне по одному, потом по двое, трое. Я каждый раз радовался этим новыми людям, отправляясь с ними в путь, и продолжал радоваться, видя во время похода, как им интересно знакомиться, общаться, вместе открывать красоту природы, узнавать что-то новое в, казалось бы, привычном. Потом они выкладывали в соцсетях замечательные фотографии и эмоциональные отзывы, ориентируясь на которые, к нам каждый раз добавлялись новые участники. Вернувшись, спрашивали, куда идем в следующий раз, просили выходить чаще. Это показатель, что затеянный проект нужен людям. А я получаю удовольствие вдвойне: делаю, что нравится, и от чего другие получают удовольствие.

Иногда случается так, что в первом походе человек понимает: целый день топать по тропе с рюкзаком или спать в палатке – это «не его». Но люди, с которыми ему пришлось делать это в походе, оказались близки по духу. Тогда мы больше не видимся в экстремальных для него условиях, но продолжаем дружить и встречаться в «обычной» жизни. Такие примеры тоже дорогого стоят. Бывает и иначе: люди постепенно становятся туристами-любителями, их затягивает, они покупают свое снаряжение и экипировку.

Сплав, штурм и переправа 

– За три года идея изменилась? 

– Немного. Изначально я планировал совместить походы с различными тренингами – туристическими, психологическими, личностного роста. Искал хороших специалистов, они проводили занятия на привалах. Со временем понял, что любое пребывание человека на природе само по себе уже тренинг, ничего добавлять не стоит. Вместо этого я постепенно расширяю сам проект «изнутри». Например, в прошлом году добавил подпроект «Тропу здоровья» – каждые выходные ходим на скальник Витязь, а также лыжные тренировки недалеко от города, с инструкторами. Подпроект «Ориентир» – это тренинги по ориентированию в природе. Есть идея организовать «Школу выживания в природе» для взрослых.

– Как выбираете маршруты? 

– Стараюсь, чтобы они были примерно на одном уровне сложности, доступны обычному человеку с минимальной физической и психологической подготовкой. Иногда предлагаю пройти по классическим местным туристическим маршрутам, но медленнее, чем профессионалы, и выбирая пути легче. Хотя случается так, что вроде простой путь оказывается чрезвычайно сложен психологически и воспринимается тяжелее, чем тот, где приходится напрягаться физически. Например, предполагаемый как «простой» поход этого года на Соболиные озера показался нам раза в три сложнее прошлогоднего восьмидневного восхождения на Шумак. 

Планирую по два похода в месяц, круглый год. В основном разрабатываю маршруты на один-два-три дня, чтобы уложиться в выходные. Есть уже традиционные для нас поездки. Например, на майские праздники отправляемся штурмовать Мунку-Сардык (3491 м над уровнем моря), там отрабатываем альпинистские техники с профессиональными инструкторами, с которыми давно сотрудничаю, все проходит на высоком уровне безопасности. Потом те, кто достаточно смел и адаптировался к высоте, поднимаются к вершине. В этом году с нами были даже дети, они добрались до озера Эхой (2613 м над уровнем моря). Осенью спускаемся в пещеру Охотничья, иногда с ночевкой в ней.

В июне стараюсь отвести желающих на Хамар-Дабан. В июле-августе организую несколько сплавов по Иркуту. Обязательно делаю по длительному походу на несколько дней, в этом году – на пик Порожистый, пик Черского и Соболиные озера. В 2014 году ходили на Шумак. Из восьми дней шесть шел дождь, так что тренинг получился не только физический, но и на уровне психологии: в таких условиях моральный дух постепенно понижался. Вернувшись, пришел к выводу, что выстраивание взаимоотношений в группе – это тоже тренинг, для меня в первую очередь. В небольшом коллективе случаются разные ситуации, и я как руководитель должен их видеть, анализировать и принимать решения.

Такие моменты многому учат меня самого, что потом влияет и на график походов, и на маршруты, и на принцип формирования группы. Понимаешь, что когда берешь в длительный поход незнакомых людей, это всегда урок. «Усваивая» его, а потом следующий, я эволюционирую. Например, решил для себя, что в следующем году перед большими походами буду проводить пробные вылазки, чтобы понять людей, которые потенциально могут оказаться рядом на неделю в непредсказуемых условиях. Да и сами участники прочувствуют на себе тропу, ночевку в палатке и полевую жизнь.

Любой человек, который вышел в лес хоть ненадолго, по-другому открывается. Этот важный фактор – попадание в некомфортное состояние – проявляет тебя истинного. Уже через день все «вскрываются» – видно, кто есть кто на самом деле. 

Тренинг на принятие ответственности 

– Какие самые интересные «превращения» людей Вы замечали в своих походах? 

– С точки зрения психологии самый показательный пример «превращения» произошел по пути на Соболиные озера. Путь был сложный, походники в группе – с разным уровнем подготовки. Один из них – молодой успешный предприниматель, привыкший ездить на природу на машине и теперь решивший пойти с нами с рюкзаком. Глядя на него, я наблюдал, как быстро и заметно у человека меняется картина мира. 

В первый день я советовал группе рано отправиться отдыхать, потому что завтра предполагался длинный сложный переход. Все легли, а он разжег костер и сел у него один, просто не понимая, как можно приехать в лес и лечь спать, а не разговаривать и петь песни под гитару до утра. То есть необходимость подчиниться логике конкретного похода вступила в противоречие с его миропониманием, программой, по которой он жил много лет. Я не смог его переубедить, в результате он ушел в палатку далеко за полночь. 

Утром случилась следующая некомфортная для него ситуация: надо было быстро встать в семь часов и выдвигаться, чтобы не сбиваться с графика и успеть засветло дойти до следующей точки. Он не привык рано вставать, а тут еще и лег позже всех, спал очень мало. Снова некомфортная ситуация из-за выпадения из логики похода. В течение дня он, видимо, все переосмыслил, потому что к вечеру и в следующие дни его было не узнать: ложился в одно время со всеми, вставал раньше всех, помогал «по хозяйству», сам смеялся над собой, каким «непонятливым» был в первый день. 

Другой, более драматический момент, он пережил на тропе. Там переосмысливать пришлось больше и в сжатый срок. На первый взгляд, что такое идти по тропе? Один за другим, вроде ничего особенного. Но есть места, где она опасна, любое лишнее движение может повлечь неприятные и даже трагические последствия. Удержавшись сам, человек может подвергнуть опасности других. В такую ситуацию попал и наш герой. 

Я завершал цепочку идущих, он шел впереди и добрался до места, где было растроение тропы. Надо было выбрать оптимальный вариант продолжения пути, безопасный для всех. Он пошел прямо, напролом, мол, что нам стоит, прорвемся, хотя надо было свернуть от обсыпающего склона. Пришлось его останавливать и объяснять, что сам-то, может, и прорвется, но за ним, доверяясь, идут пять девушек с рюкзаками, которые могут и не прорваться, а сорваться. Такие вещи надо осознавать и просчитывать, а не эгоистично бравировать смелостью. Это был классический пример того, как неопытный человек в хорошем настроении не чувствует и не оценивает риски (вообще в сложную ситуацию в походах попадают два вида людей: новичок, которому не хватает знания оценить степень опасности, и суперпрофессионал, у которого атрофируется чувство страха). 

Остановил всех и объяснил ему, что в походе должна быть не только личная, но и групповая ответственность, что каждый обязан просчитывать, не доставит ли он своим поступком дискомфорт соседу. Я могу иногда группу не повести дальше, если сочту, что это опасно, лучше перестрахуюсь, чем рискну, как бы они ни просили. 

И когда мы, потеряв время, пошли по другому ответвлению тропы, сразу заметил, что у этого человека словно переключатель в голове щелкнул: он начал приглядывать за отстающими, всем помогать, и это состояние сохранилось до конца похода. Уверен, что эти два «переключения» в походе изменят и его обычную жизнь, а в следующий раз он уже будет входить в надежный костяк группы. 

– Получается, поход – это еще и тренинг на командообразование? 

– Скорее всего, тренинг на принятие ответственности за себя и за рядом с тобой идущего. Я всегда двигаюсь в конце, чтобы никто не отстал, можно сказать, убираю фактор потери кого-то, но уследить за каждым из цепочки впереди не получится, поэтому они должны помогать друг другу. Расскажу еще один эпизод, иллюстрирующий принципы «тренинга на принятие ответственности».

Однажды мы не успели добраться до нужной поляны засветло, пришлось идти в темноте. У одной девушки не было налобного фонарика, поэтому она очень большое расстояние прошла вслепую, полагалась только на указания той, что шла впереди: «осторожно, здесь камень, аккуратней, а тут наклон». Когда днем отправились обратно, она поразилась, насколько сложной была тропа, по которой вчера она пробиралась только на голос. Лучше всего об ощущениях в такой момент сказал Высоцкий – «парня в горы тяни, рискни». В таких ситуациях можно либо паниковать, либо довериться человеку рядом. Чаще в походах включается самосохранение и взаимовыручка. Пережив стрессовые ситуации, проверив характеры, вернувшись из похода, многие дружат, в их жизни в целом что-то меняется к лучшему.

Жить по-другому, отдыхая с хорошими людьми

– За три года походных тренингов Вы вдохновили многих ждать выходных, чтобы переобуться в кроссовки, взять рюкзак и поймать драйв от восхождения на вершины, прогулок по лесу или погружения в свои мысли наедине с природой. А что (и когда) стало символичным «указателем» на походную жизнь для Вас самого? 

– Когда учился в 10 классе, меня позвали в зимний поход. Я согласился, хотя был совершенно к нему не готов: не было ни должной физической подготовки, ни экипировки, ни снаряжения. Мы ходили на скальник Старуха, ночевали в зимовье, рубили дрова по пояс в снегу. Несмотря на сложности, я заинтересовался, поэтому потом с этой же группой сходил в поход по льду вокруг Ольхона. И после него меня затянуло в походную жизнь. 

Я попал в группу, организованную Натальей Волковой, директором шелеховского музея – она вела клуб «Школа выживания» при федерации детских организаций. За год мы сильно «подросли», начав изучать премудрости выживания в экстремальных условиях. Я много где побывал и поучился, пять лет участвовал в детских экспедициях, стал инструктором региональной Школы выживания. Потом начались разнообразные походы – личные, в группах, с женой. С рождением детей приоритеты изменились, хотя любовь к походам осталась – и сейчас «проросла» в проект, который и мне, и людям делает хорошо. И чем дальше, тем больше хочется его продолжать и развивать.

– Что во время проекта Вы открыли в себе? 

– Во-первых, я почувствовал, насколько сильным может быть удовольствие от того, что возвращаешься к чему-то, что ты очень любишь. Когда со времен студенчества снова стал бывать в походах, то реализовал желание находиться в дикой природе, уединяться, растворяться в окружающем мире – и ощутил себя невероятно счастливым. Чувствую связь с лесом, землей, водой. Понимаю, что я часть мира. Природа расслабляет меня психологически и физически, несмотря на ответственность за группу, которая не покидает меня ни на миг. Поход – это способ медитации, в обычной жизни войти в такое состояние невозможно. Я занимаюсь маркетингом 16 лет, а с проектом обрел еще одну любимую среду, где я отдыхаю с хорошими людьми.

Во-вторых, открыл в себе поварские способности. В проекте готовлю только сам, остальным запрещено. Помимо стандартных блюд каждый поход стараюсь придумать что-то необычное, рецепты выискиваю, секреты кулинарные вычитываю. 

Во время похода на скальник Витязь из привычных продуктов получилось что-то чудесное. Сначала был разведен костер, потом выкопана земля, в яме размещено специально замаринованное мясо и сверху – снова костер. Люба Лашкевич говорит, что современного человека, которому доступны все кухни мира, сложно удивить пищей, а тут получилось. В тот раз были и моменты, когда кое-что все вместе готовили, причем – без посуды, не было ни котлов, ни сковородок. В результате – горячее трех видов: мясо, картошка, плюс хлеб испечен на костре. Тоже своеобразный тренинг, объединяющий процесс. Когда шли к Шумаку, на четвертый день сварил щи на свежей курице. Группа гадала, откуда я ее взял. Такие моменты удивляют и веселят людей, разряжают атмосферу, особенно, когда оказываешься несколько дней под дождем. 

Из этого моего открытия-увлечения в «Походных тренингах» даже формируется некий гастрономический подпроект. На Масленицу обязательно выбираемся за город на блины. Каждый год в марте выезжаем на Малое море, живем день-два, я учу подледной рыбалке (тоже, кстати, тренинг получается), потом варим уху на свежей рыбе. Мечтаю сделать гастрономический рыбный тур – сплав по Лене. Осенью приглашаю походников на традиционный плов. И они все пытаются разгадать главный, ими же сформулированный секрет, – как костер «на троечку поставить». 

Третье открытие связано с новым восприятием людей. В проект приходит очень много интересных личностей, абсолютно разных, но одинаково загорающихся идеей походов. Общаясь с ними, научился пониманию и принятию человека таким, каков он есть. Увидеть в другом положительные черты, принять его настоящим – для меня это ключевая вещь во взаимоотношениях людей – семейной пары, коллег, друзей, тех, кто объединился в одной группе для похода. Руководителю группы важно найти применение положительным качествам участников группы и нейтрализовать отрицательные. 

– Рассуждая о феномене характеров людей, проверяющих себя на прочность в экстремальных ситуациях, знаменитый иркутский восходитель Владислав Лачкарев в одном из походных дневников отметил, что среди тех, кто отправляется в экспедиции «редко встречаются морально гнилые и мелкие душой, все чего-то добились в жизни».

– Да, это факт. В многодневных походах все видно – «нехороших» людей группа отторгает. Но в общем я заметил, что плохие люди почему-то в походы не ходят. Бывают не рассчитавшие собственные силы, неподготовленные или мало информированные (хотя я и пытаюсь рассказать заранее, какие сложности будут, что взять с собой), но все интересные, своеобразные, со своими взглядами. И это делает каждый поход уникальным. 

Facebook, группа «ПОХОДНЫЕ ТРЕНИНГИ»

Автор: Анна Важенина 

Фото из архива Макса Дигаса. 

 

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

24.11.2015


Новости партнеров

Иркутск Эко-Логичный