Уходя, оставьте Свет: когда хлеб стал вкуснее конфет

29 мая 2026

Мы не живем на показ, а показываем жизнь. Эти слова Елены Свижак стали основой проекта Глагола38 и сервисной компании «Колымская», посвященного исторической памяти.

На фото: школа в Жигалово, построенная в 1935 году

Эту истории рассказала ангарский краевед Надежда Елькина. Детство и юность нашей героини Нины Сусловой прошли в поселке Жигалово. Незабываемо красива сибирская природа Севера. Судоходная Лена, на левом пологом берегу которой широко раскинулся поселок речников, охотников и рыболовов.

Улица Партизанская – центральная, Неуподниковская получила такое название по фамилии командира партизанского отряда, Культурная, Чупановская, Знаменская. Два двухэтажных здания, остальные – одноэтажные с усадьбами.

В семье Ксенофонта и  Евдокии Сусловых к 1941 году выросли дети Катя 17 лет, 15-летний Саша и десятилетняя Ниночка.

Весной накануне войны в магазинах поселка вдруг исчез хлеб. Катя и Саша стояли в огромных очередях. Собирались с вечера, обычно молодежь, около магазина, жгли костры всю ночь, рассказывали байки, пели песни. Утром возвращались домой, если повезет – то с булкой хлеба. Мама старалась его расходовать очень экономно в течение нескольких дней. Хлеб стал вкуснее конфет.

Страшная слово «война» из черных тарелок-репродукторов влетело в каждый дом жарким летом 1941-го. Жуткое оцепенение охватило всех сначала. Потом, когда мальчишки-выпускники школы стали собирать рюкзаки, раздались рыдания матерей: «Не пущу!»

Тогда государство уделяло особое внимание  физвоспитанию. Старшеклассники обязательно сдавали нормы БГТО (Будь Готов к Труду и Обороне). Катя с большой гордостью носила значки ГТО и «Ворошиловский стрелок». Пели песни:

«Если завтра война, если завтра в поход,

Если темные силы нагрянут,

Весь советский народ как один человек

На защиту земли своей станет».

Отца Ксенофонта Васильевича на войну не взяли по болезни. Работал он на Колчановском затоне (по фамилии бывшего начальника затона – Колчанова) бойцом пожарной охраны.

До войны не было железнодорожной ветки Тайшет-Усть-Кут, и весь груз на север шел через Качуг и Жигалово. Зимой по льду реки Лены шли грузовые машины, днем и ночью. В Колчановский затон пароходы и баржи заходили на зиму, здесь же их ремонтировали. Затон в Жигалово был стратегическим объектом, его полагалось охранять по всем правилам.

Уходя, оставьте Свет: Сокровенные тайны Иркутска 1920-х годов

Папу Нины назначили начальником охраны. В его команде остались одни женщины, которых он обучал обращаться с боевым оружием. По восемь часов стояли женщины-бойцы на посту. Разрешалось лишь на несколько минут зайти погреться в будке. Были случаи нападения, когда женщины применяли боевое оружие. Память сохранила картинки тех лет, когда они чистили винтовки, сдавали их после дежурства отцу. Рядом была конюшня с двумя лошадьми и инвентарь для тушения пожара. Но, слава Богу, пожаров за то время не было.

После окончания школы Катя работала на барже, и, бывало, вместе с баржей зимовала на севере. Работала трактористом на лесоповале, а зимой на сплаве леса по реке Витим мотористом на катере. В годы войны всю мужскую работу подростки-девочки и выпускницы-девушки помогали старшим.

На фото: Жигаловская пристань на Лене, 1909-1910 годы из книги «Путешествия в Колыму и на Новую Землю».

Дети поселка помогали с родителями фронту. Собирали посылки с вязаными теплыми перчатками, носками, табаком, который выращивали на огородах в вышитых кисетах.

В детскую память Нины врезалось стихотворение:

Бабушке Варварушке я связали варежки.

Думала, подумала, ей дарить раздумала.

Отошлю на фронт бойцу, вдруг достанутся отцу.

Ну а если не отцу, так другому молодцу.

Будет рад и он, и я, и Варварушка моя.

Подростки работали и на колхозных полях.  Весной собирали колоски и сдавали в колхоз. Летом боролись с сорняками на полях. Осенью помогали собирать урожай. В шестом-седьмом классах жали рожь, вязали снопы, ставили суслоны.

Вспоминаются школьные будни, особенно, когда что-то происходило. Бывали случаи, когда в лютый мороз зимой прорывало трубу отопления (кочегарка была во дворе школы), вода растекалась по коридору, замерзала, а отчаянные мальчишки с визгом и смехом катались как на катке, только не на коньках, а на деревянных подошвах ботинок. Их выдавали в школе тем, у кого не было валенок.

Дрова для котельной заготавливали школьники 7-10 классов. В лесу валили и пилили лес, старшими ездили совсем старенький завхоз и учителя, которые были эвакуированы в Жигалово из прифронтовой полосы. По праздникам в школе устраивались интересные утренники, пионерские линейки. Но через сознание всех проходила война. Пели песни о Родине, подвиге советских солдат.

Жили трудно, но дружно. Если в чей-то дом приходила беда – похоронка, соседи старались поддержать, помочь, облегчить страдания. Ученик из того дома чувствовал сопереживание в классе. В классе стояла тишина, молча подходили к парте одноклассника и оставляли – кто ручку, карандаш, перо, булочку…В школе подкармливали учеников, давали булочки по 50 граммов на завтрак, чтобы не падали в обморок на уроках.

Уходя, оставьте Свет: мы прибили дневник огромным ржавым гвоздем к деревянной лавке

Из истории Валентины Басовой, которая тогда жила в поселке Залари: Вообще годы войны запомнились постоянным желанием чего-нибудь покушать. Хлеб получали по карточкам, и до сих пор перед глазами стоит тот паёк. Хлеб черный, пеклеванный, а какой сладкий-то был. Зимой кусочки замораживали на улице, а потом ели как конфетку. Осота, лебеда – тава-кормилица. Картошки не хватало и на ползимы, наверное, оттого, что это был основной продукт. Капуста была очень хорошей, и запах пустых щей сохранился в памяти.

Как только сходил снег, ходили по колхозным полям и собирали замерзший картофель, и так до нового урожая. Промывали, сушили, толкли и пекли на печке оладьи. В лесу искали саранки, пучки ели с удовольствием и не подозревали тогда, что подкреплялись витаминами. А самые вкусные и по-настоящему сладкие витамины росли в лесу. Лесная клубника – ароматная, сочная, вкусная. Старались собрать полный туесок и принести домой. Ее сушили, а зимой запаривали – вот и десерт.

Но вернемся в Жигалово. Когда наступил конец войне, радостная весть мгновенно облетела весь поселок. Занятии в школе отменили. На площадь к школе потянулись люди со знаменами, транспарантами и лозунгами, написанными наспех. Сплошное ликование, смеялись и плакали. Кто – от радости, кто – от горя, что их сыновья и мужбя никогда не вернуться.

Стоит ли зной, зима ли злится,

В ночи и в добром свете дня

Мы видим всех погибших лица

В пыланье Вечного огня.

Усилий зрительских не надо:

В суровой памяти видны

Улыбки грустные и взгляды

Не возвращавшихся с войны (А. Землянский)

На фото из открытых источников: аэропорт Жигалово

Нина окончила школу в 1948 году и поступила в Иркутский педагогический институт. Вернулась в родной поселок после окончания вуза преподавателем математики и проработала десять лет.

В 1960 году приехала в молодой город Ангарск, работала инженером на ОКБА и на вечернем факультете Ангарского промышленного техникума преподавала любимый предмет. Здесь встретила свою судьбу – Бориса.

Избиралась депутатом, народным заседателем в городском суде, была в народной дружине. С возрастом увлеклась цветоводством. Ее любимицами были самые красивые, элитные, капризные розы. Но больше любила те цветы, которые росли около дома в Жигалово. Они напоминали ей родные места, детство и юность.

Партнер проекта – сервисная компания «Колымская».

Иван Алексеев, для Глагол38

Возрастное ограничение: 16+

В наших соцсетях всё самое интересное!