Новости

далее...

Рекомендуем посетить

Кумано Кодо - древними тропами императоров

Посетить выставку можно в галерее В. Бронштейна по адресу: Иркутск, ул. Октябрьской Революции. д. 3.
далее...

Прямая речь

далее...

Среда обитания

Среда Петрова № 5 (55)

Город со своим величественным собором и массою других церквей, с домами, разбросанными в живописном беспорядке, стоит на правом, довольно высоком берегу Ангары. Если смотреть на него со стороны, с высоты горы, возвышающейся верст на двадцать на большой сибирской дороге, то этот город со своими церквами и колокольнями, с высокими шпицами как на минаретах, с пузатыми куполами, похожими на японские пагоды, носит характер чисто восточный.

Но стоит только въехать в самый город, как первое впечатление тотчас же изменяется. Город, наполовину византийский, наполовину китайский, становится сразу европейским, как только вы увидите его мощеные улицы с широкими тротуарами, искусственные каналы, обсаженные по берегам гигантскими березами, его каменные и деревянные дома, между которыми есть даже и многоэтажные здания, бесчисленные экипажи, снующие по улицам, и не просто тарантасы и телеги, а хорошенькие фаэтоны, изящные кареты и коляски наконец, все это городское население, носящее на себе отпечаток интеллигентности и цивилизации, эти шикарные дамские туалеты, сшитые по последней парижской моде.

Это Иркутск Жюля Верна. 9 февраля мы отметим его 190-летие со дня рождения. Когда-то я зачитал до дыр четвертый томик путешествий на «Дункане», но с его иркутскими историями познакомился только в студенческие годы, когда в 1993 году в Иркутске 75-тысячным тиражом был издан «Михаил Строгов». Книжку раскупили молниеносно.

Историки до сих пор судачат, почему человек, который ни разу не был не только в Сибири, но и в России, обратился к теме Иркутска и так тонко описал городскую жизнь середины XIX века. Читаешь строки и видишь местный аристократизм, подмеченный Жюлем: наши купцы из кожи вон лезли, чтобы угнаться не только за столицей, но и за самим Парижем. Они называли Иркутск сибирским Парижем и тащили сюда все самое модное – от богатых туалетов до простых безделушек.

Есть версия, что написать роман известного француза вдохновила встреча с путешественником и «хулиганом» Петром Кропоткиным. Поэтому роман – одно большое путешествие. Тогда между Москвой и Иркутском было 150 городов, 46 из которых посетил главный герой – царский курьер Мишель Строгов. Поэтому Жюль Верн интересен не только иркутянам, но и жителям значительного» города Нижнеудинска с высокими колокольнями церквей, села Бирюса, одного из старейших в Тайшетском районе, Тулуна (село Тулуновское), Куйтуна, Кимильтея (Зиминский район) и Листвянки. А как хорошо описана береговая линия Ангары, скажут те, кто каждый день гуляет по набережной в районе Белого дома.

В романе много Байкала, и это не может не радовать. «Байкал любит, когда его называют морем». Улыбнулись? И мы так говорим. Если его называют озером, он раздражается бурями. «Но до сих пор еще не было случая, чтобы кто-то из русских утонул в нем» - здесь, увы, история не такая радужная, но никто не поспорит, что «это обширный бассейн пресной воды…окаймлен великолепной цепью вулканических гор».

Жюль Верн был одним из первых, кто указал на залежи нефти на Байкале. Он придумал сей факт, будучи писателем-фантастом, но чувствовал, что скоро (?) нефть будут добывать промышленным способом в Восточной Сибири.

Мы не будем говорить о неисторичности романа, его оторванности от конкретных событий. Нужно просто перечитать этот роман, несколько романов знаменитого француза или отведать борща в ресторане, названного по имени самого известного произведения во Франции. Вы не ошиблись! Если о «Михаиле Строгове» в Иркутске говорят только четверть века, то в Париже он более ста лет идет на театральных сценах, по иркутским событиям сняты мультипликационные и художественные фильмы.

Я тут читал роман Жюль Верна,

И на красивый пруд смотрел.

В душе было довольно скверно:

Зачем не я на Луну летел?

Это некий Петя Н. в беседочной поэзии, опубликованной в иркутской газете «Сибирь» в 1914 году. Кстати, любые отчеты Потанинской библиотеки тех лет гласили, что француза в нашем городе чтили более, чем Фенимора Купера, или, например, Вальтера Скотта. Значит, иркутяне что-то знали того, что мы еще не знаем. Поэтому и сегодняшняя среда Петрова писалась как-то легко, чувствуя, что новое путешествие во времени не за горами.

           Алексей Петров, историк, любитель путешествий Жюля Верна

Фото с выставки Жюля Верна в Иркутске. 


07.02.2018