Издательство «МИФ»

Шопен из Ангарска

Вряд ли есть человек в Ангарске, кто не знает Виктора Шопена. Сорок семь лет он проработал на Ангарском электролизном химическом комбинате, а с 1994 по 2008 год он был его генеральным директором. Сегодня, 9 февраля, Виктору Пантелеймоновичу исполняется 80 лет.

Свою супругу Валентину Петровну он называет «декабристкой». Она и правда чем-то похожа на столичных дам позапрошлого века, прошедших через лишения ради любви. Приехала из Москвы в Сибирь. И, как истинная женщина, вырастила из своего «солдата» настоящего «генерала».

"Глагол. Иркутское обозрение" публикует фрагменты интервью с Валентиной Петровной накануне юбилея мужа. Они вместе уже 59 лет. 

Валентина Петровна и сегодня, несмотря на возраст, отлично выглядит. В доме (а он настоящая гордость хозяйки) идеальный порядок и выдержанный интерьер. А на столе – вкусный пирог собственного изготовления, который так любит Виктор Пантелеймонович. 
Это у «ее директора» много наград. А у Валентины Петровны – медаль «За любовь и верность», полученная в прошлом году. И, глядя на эту пару, видишь: прямо созданы друг для друга. Так что же это значит – быть женой директора? И как ей стать?

– Валентина Петровна, вы – коренная москвичка. Как же судьба свела вас с Виктором Пантелей­мо­новичем, который приехал в Москву с Украины, а уехал в Сибирь?
– Да, я родилась и выросла в Москве. Мы жили впятером в комнате девять квадратных метров в огромной коммуналке. И старший брат, которому было пять лет (мне потом рассказывали), говорил: «Да выбросьте вы ее в форточку! Так орет, спать невозможно!» Так что мы росли в «недостатке». Но свое детство я помню счастливым. Ведь закончилась война, жизнь налаживалась. Мы, дети, были рады всему и росли счастливыми с верой в будущее.
В то время каждый, независимо от благосостояния, мог развиваться, учиться. Я хорошо окончила школу и поступила в институт народного хозяйства имени Плеха­нова. Очень любила в школе химию. Так вот на факультете товароведения, который я окончила, у меня было столько разных химий... На всю жизнь хватило!
А с Виктором Пантелей­моно­вичем мы познакомились на танцах в общежитии МИФИ в декабре 1958 года. Сложилось как? Он учился в МИФИ, где были почти одни парни, а я в Плехановском, где, наоборот, одни девчонки. На танцах и знакомились. Он был высокий, видный. Но… Одет, понятное дело, не по-столичному. И все же понравился.
Новый 1959 год мы встречали уже вместе. И вот уже 59 лет встречаем Новый год рядом. За это время только 1961 год Виктор встречал без меня – в Ангарске, на дипломной практике.

– Для ангарчан и работников АЭХК Виктор Пантелеймонович – образец стиля в одежде. Это вы его, «не столичного», приучили?
– Когда мои подружки из института увидели Виктора впервые, они удивились: «Ну и что ты в нем нашла? Пальто длинное, брюки широкие. Провинция!» В ответ я шутила: «Пальто подрежем! Брюки заузим! А рост? А плечи? А фамилия?!» Вот так и влюбилась в него. А стиль одежды… Разумеется, влияла Москва, общение – развивался вкус.

– Да, судя по фото, в Ангарск он приехал совсем столичным парнем…
– С Ангарском отдельная история. Весной 1960 года в институте их поток распределялся на дипломную практику. Вариантов у Виктора было три: Курчатовский институт в Москве, Днепро­дзер­жинск (предприятие МинСред­Маша) и Ангарск – новый город, родившийся в 1951 году. То есть совсем молодой.
Как сейчас помню, мы были в кинотеатре Мос­совета и смотрели французский фильм «Сильные мира сего» со знаменитым Жаном Габеном. И Виктор рассказал мне об этих вариантах. Спросил: «Ну, в Сибирь ты, конечно, не поедешь?» «Почему?! Поеду!» – не задумалась я. Тогда не пугало ничто. В нас была не только романтика, но и твердая вера в будущее. И эта вера не обманула нас.
Виктор сразу предложил мне выйти за него замуж. Ведь он уезжал на семь месяцев, а мне еще нужно было год учиться в Москве. Но моя мама, впоследствии любимая теща, несмотря на то что Виктор нравился всей нашей семье – брату и бабушке (она звала Виктора «касатик»), посоветовала ждать: «Пусть едет, а ты учись. Вернется – тогда и решите».
Во время его практики через два дня на третий писали друг другу письма. А уже потом, когда он вернулся в Москву получать диплом (защитил он его 15 марта 1961 года в Ангарске, прямо на производстве), мы поженились. В «день дураков», как его тогда называли, – 1 апреля. В мае он снова уехал в Ангарск, а я защитилась, получила диплом и приехала сюда только в конце июля.
Ну а что до «столичного парня»… Да, после того как он здесь прожил полгода, а потом приехал со мной, многие девушки с комбината приходили тайком посмотреть на меня – что же это за таинственная москвичка…

– И как вы реагировали?
– Спокойно. А как еще? Я же работала в магазине. Туда людям заходить не запретишь. Так получилось, что после свадьбы и окончания института меня распределили в знаменитый Ангарский УРС по руководством Анато­лия Алексан­д­ровича Тока­рева. Но должности товароведа не было. Предложили мне должность заведующей отделом в продуктовом магазине с материальной ответственностью. Я отказалась: чем отвечать-то, если вдруг продавцы обсчитаются? Парой чемоданов с вещами? И я согласилась встать за прилавок. Вышла на работу старшим продавцом в 38 магазин в 211 квартале. А потом была переведена в открывшийся магазин «Рассвет».

– О карьерном росте мечтали?
– Ну, наверное, каждый человек хочет быть профессионально реализованным. Но я сделала свой выбор, когда мне предложили возглавить один из ОРСов: начальник в семье должен быть только один. Пусть муж добивается карьерных высот, а я (шучу, конечно) буду «варить щи да кашу».
Когда Виктора Панте­леймо­новича позвали в Красноярск-45 и он хотел уехать туда, директор электролизного завода Штинов узнал о том, как мы жили. И тут же и ясли нашлись, и место товароведа. Вызвали меня к самому Токареву. И тут выясняется комичный случай – когда-то он заходил в наш магазин и сделал замечание. У нас в Ангарске же снабжение очень хорошее было. И на витрине стояла огромная банка с черной икрой. И цена – 200 рублей за килограмм. Он поинтересовался у меня: «Что, килограммами берут?» Я ответила, что, естественно, нет. По 100-200 граммов. Он и говорит: «А почему цену за 100 граммов не пишете?!» А я молодая была, бойкая. И отвечаю: «А вы разве разделить не можете?» Он меня по этой икре и вспомнил. Но в УРС товароведом все же взял.
Работа была очень интересная, ответственная. В обязанности товароведа входило обеспечение продукцией восьми отделов рабочего снабжения в Иркут­ской области и двух в Читин­ской. Все предприятия относились к МинСредМашу. Всегда благодарю судьбу за то, что довелось работать с руководителем такого масштаба, как Токарев. Он был очень справедлив с подчиненными. Не признавал слов «не могу», «не знаю». И всегда требовал: «должно, надо»! Единственный минус – по долгу службы мне приходилось очень много ездить в командировки, иногда работать в субботу, воскресенье.
Поэтому, несмотря на мою любовь к торговле, мы с Виктором решили с ней расстаться. В 1974 году я перевелась работать на АЭХК, где и трудилась до 1999 года руководителем группы отдела снабжения.

– И все же своей основной заслугой вы считаете достижения мужа…
– Да. Я им очень горжусь. И детьми тоже. Знаете, мне никогда не было стыдно ни за него, ни за детей.

– Когда Виктор Панте­леймо­нович стал директором, как изменилось ваше положение в коллективе?
– Ну, конечно, стали по-другому смотреть. Ведь жена директора всегда на виду. Но я и раньше не позволяла себе чего-то сверхъестественного, дающего поводы для обсуждения. С сослуживцами отношения были хорошие. Как сказала моя коллега Татьяна Анатольевна Токарева, я была не «директрисой», а женой директора. И этим все сказано. Состоялась как жена, как мать. У нас трое замечательных внуков, а теперь уже и два правнука.

– Даже после выхода на пенсию Виктор Панте­лей­монович продолжает активную общественную деятельность. Как вы к этому относитесь?
– Хорошо. Мы поддерживаем друг друга. И если ему эта деятельность необходима, чтобы себя реализовать, то я – за! Есть, правда, одно ограничение. Я его прошу на своей машине не ездить в Иркутск на Законодательное собрание. Несмотря на то что он за рулем много лет, сейчас уже не тот возраст. Поэтому возит его в областной центр служебный автомобиль – помогают администрация АГО, комбинат. А вот по Ангарску Виктор Пантелеймонович ездит только сам.

– В душе вы стали ангарчанкой? И если да, то когда?
– Ответить однозначно не могу. Ведь в Ангарск я приехала, когда мне было 22 с половиной года, и живу здесь вот уже 57 лет. Всю сознательную жизнь. Конечно, я очень люблю наш город. Здесь родились наши дети, три внучки, здесь я счастлива как жена, мать, бабушка. Но Москва – это моя родина, там прошло мое детство. Я люблю московские улочки, храмы, музеи. И, разумеется, тоскую по Москве.

– Как вам и Виктору Пантелеймоновичу удается так поддерживать интерес к жизни, остроту мысли?
– Мы много читаем, смотрим политические телеканалы. Я еще люблю телеканал «Спас». Виктор Панте­лей­монович знакомится со всеми документами Законо­дательного собрания. Стараемся отдыхать с пользой, посещать культурные мероприятия. Специально спортом не занимаемся, но пытаемся, насколько возможно, вести здоровый образ жизни. Не пропускаем концертные программы в «Современнике», ходим в кинотеатры.

– Какие блюда за семейным столом главные?
– Я люблю готовить, стряпать. Ну а Виктор Панте­леймонович говорит, что вкусна даже самая простая еда, сделанная с любовью. Сам он любит борщ, котлеты. Кулинарные изыски популярностью у нас не пользуются.

– Каков ваш рецепт семейного счастья?
– Любовь и уважение друг к другу.

Яна Архипова, Свеча (Ангарск)


Aliexpress WW

09.02.2018

Ангарск и ангарчане