19 мая 2022
01:16

Владимир Демчиков: «Ночные стражи» и рок без лажи

Владимир Демчиков
26 августа 2016

25 августа, отдвинув на день премьеру боевика с Джейсоном Стэтэмом, вышел в прокат российский фэнтэзийный боевик для детей «Ночные стражи» (12+, хотя я бы поставил 6+, фильм вполне годится для дошкольников). Главную взрослую роль майора Гамаюна в нем духовито исполнил Леонид Ярмольник, а главную «детскую», вернее, подростковую – курьера Паши - внук Олега Янковского Иван. Надо сказать, что оба исполнителя главных ролей несколько выпадают из предложенных им в фильме амплуа. Ярмольник для своего героя староват, а Янковский для своего – чересчур зеленоват и дрищеват. Но оба очень стараются. Главную женскую роль (певицы, а по совместительству вампирши Даны Локис) сыграла мощная эротическая актриса Любовь Аксенова (мне впервые запомнившаяся в фильме М.Сегала «Рассказы»). В фильме она однажды на секунду обнажает спину, демонстрируя юным зрителям мимолетную и целомудренную девичью наготу. Играть ей в «Стражах», правда, кроме этого совершенно нечего – но это не ее вина, таков сценарий.

Майор Гамаюн в исполнении Ярмольника – это начальник отдела «Н» («нечисть») Федеральной службы… вместо ожидаемого «…безопасности» в фильме в названии службы употреблено слово «защита». Старый оперативник лично возглавляет операции по укрощению нечисти, стреляя в нее особенными пулями. Правда, неожиданно оказывается (и в этом первая странность фильма), что майор Гамаюн и его коллеги по отделу «Н» стреляют в основном мимо и практически никогда не попадают в вампиров даже с расстояния в пару метров. Эта постоянная стрельба в молоко совершенно необходима для оправдания большого количества динамичных драк с этими самыми вампирами, которые, однако, все равно погибают в фильме в основном от собственной неосторожности, дневного света или, например, чеснока.

Поскольку фильм представляет из себя сказку для детей, анализировать его сюжет – дело неблагодарное. Придуманная история «про нечисть в Москве» несколько механически перемешана в фильме с русскими народными сказками. Для придания этому коктейлю каких-то современных черт Баба Яга, например, заменена на китаянку Ли Вэн, у которой к тому же явно какие-то мутные шашни с майором Гамаюном. В остальном сюжет представляет собой вольный полет авторской фантазии. Интересно в нем, пожалуй, только то, где именно авторы фильма селят «добро и зло». Казалось бы, Леонид Ярмольник в интервью перед премьерой все нам разъяснил про широкий замысел и про то, с какими именно «вампирами и упырями» борются в Москве герои фильма: «Ну а что, вы никогда упырей не видели? В газовой конторе, или среди депутатов, или членов правительства…». Однако в фильме зло в виде упырей и вампиров локализовано строго среди простых людей, зачастую даже сомнительных («упыри все в шоу-бизнесе», учит курьера Пашу майор Гамаюн), и никаких официальных лиц, депутатов и членов правительства среди упырей не видать. Зато добро в фильме  – строго там, где Федеральная служба безо… то есть, тьфу, защиты, и тут тоже без вариантов. В этом небольшом несоответствии декларации фильму, кстати, видится некоторая давняя проблема актера Ярмольника: в своих интервью он почти всегда декларирует больше, чем получается на деле (Ярмольник – один из продюсеров картины).

Короче говоря, общими усилиями Федеральной службы защиты и примкнувших к ним москвичей в лице курьера Паши нагрянувшие к нам из-за рубежа вампиры пытаются в момент солнечного затмения, устроить в Москве «передел», для чего похищают ту самую певицу Дану Локис, вампиршу, играющую важную роль в вампирских ритуалах. Ее весь фильм спасает курьер Паша, страдающий от маминого непонимания и опекаемый китайской Бабой Ягой. Паша тоже почти всегда стреляет мимо, часто получает по голове и теряет сознание, но любит Дану, что позволяет ему постоянно, хоть и необъяснимо, выживать после сыплющихся на него смертельных ударов. Весь сюжет состоит, как и полагается в сказке, из преувеличений и натяжек – и только благодаря этому фильм можно смотреть: никогда не знаешь, что случится в следующие пять минут, ибо логикой развитие сюжета объяснить невозможно.

В практически пустом зале рядом со мной, на счастье, оказался пацан лет десяти, которого в холле поджидала бабушка. По его реакциям в принципе можно было понять, какие моменты в картине (и в сюжете) его по-настоящему задевали, а какие – нет. Я примерно с середины фильма старался прислушиваться к его реакции и начал кое-что понимать про фильм. Например, единственная сцена, вызвавшая его настоящий восторг, была сцена боя внутри «штабного» вагона метро, в котором перемещается по Москве отряд майора Гамаюна. После того как в вагон набилась целая свора вампиров, майор Гамаюн протянул руку в потолку и опустил сверху подвешенный на кронштейне пулемет Гатлинга (с вращающимся блоком стволов) размером с полвагона. Зачем такой пулемет внутри вагона – совершенно неясно, однако когда майор Гамаюн открыл из него огонь по вампирам, пацан рядом со мной просто закричал от восторга! И это ничего, что в результате ураганного огня он, кажется, никого не убил, и основной поражающей силой пулемета оказался страшный грохот от выстрелов. Главное – при виде такого гигантского пулемета пацан по-настоящему возликовал. В результате боя вампиры просто оглохли, а пули как-то растворились в воздухе, не причинив никакого вреда ни вампирам, ни вагону. Но грохот был знатный, тем более что стрельба из царь-пулемета велась под песенку о Москве в исполнении Эдуарда Хиля.

Вторым эпизодом, вызвавшим реакцию юного зрителя, была сцена, когда майор Гамаюн, отдавая бессловесную команду своим бойцам занять позицию, кивнул им головой и дважды цокнул языком. После этого пацан рядом непрерывно цокал языком минут десять – научился, стало быть, хорошему. Весь остальной фильм он смотрел, просто с интересом ерзая – как киновыставку оружия и репортаж из музея суровой жизни, в котором вампиры и люди отчаянно мочат друг друга по причине, которая ему (да и нам) совершенно безразлична и непонятна. То есть добро и зло в фильме просто сражаются, как две футбольные команды, а зачем – это неважно. При этом на экране все бодренько мелькает, как в клипе Муз-ТВ, и саундтрек такой же, как на Муз-ТВ: вроде с претензией на задушевность, но все песни почему-то обрываются на середине.

В общем, получился такой «Ночной дозор» для самых маленьких, фильм-пугалка, из которого маленькие зрители вынесут несколько важных вещей: вампиров никаких нет, потому что они получились нестрашные, пистолет в ближнем бою штука бесполезная – все равно никто ни в кого попасть не может, в органах работают душевные майоры, но любят их все равно только китайские старухи, а нормальные девчонки любят молодых. С последним, кстати, не поспоришь.

Единственным серьезным недостатком фильма является то, что Ярмольнику, старательно «дающему» в фильме пожилого Брюса Уиллиса, ни разу за весь фильм не прилетает по физиономии, хотя он постоянно бросается в рукопашный бой, но как-то ни разу до него не добегает. Все-таки всемирная слава Брюса Уиллиса процентов на 90 основана на его смиренной готовности получать на экране по лицу и прочим частям тела, иначе трудно, да и незачем сочувствовать герою. В «Ночных стражах» Ярмольник аккуратно проносит свое постаревшее лицо лицо сквозь все кровавые разборки без единой царапины, и это, конечно, прискорбная лажа, ибо его герой не вызывает никакого сочувствия и больше напоминает толстого папика, чем борца с вампирами. Но как не бывает рока без лажи, так не бывает без лажи и детского фильма, в котором его продюсер исполняет главную роль – и любит себя в ней немного больше, чем оно того стоит.

Все статьи автора
Читайте также