Издательство «МИФ»

Наймушин. Сто пятнадцать.

История строительства Братской ГЭС давно стала легендой. Сильную и мощную Ангару с ее коварными порогами покоряли в стужу и жару тысячи смелых людей. О них написаны песни и книги. Но было в истории этой великой стройки еще одно имя - начальник Братскгэсстроя, Герой Социалистического Труда Иван Иванович Наймушин, которому 25 марта исполнится 115 лет со дня рождения.

Родился Иван Иванович Наймушин в центральной России, в городе Котельнич в 1905 году в семье слесаря. Рано лишился родителей и их не помнил. Жил у сердобольной тети Луши в деревне Наймушино, в двух верстах от города Котельничи. Позже деревня Наймушино слилась с деревней Ключи. Односельчан, знавших Ваню Наймушина, в живых не осталось, как и самой тети Луши. В шесть лет стал беспризорником, и началась его скитальческая жизнь. Служил у богатых хозяев мальчиком на побегушках, читать научился по вывескам на бакалейных лавках и частных магазинах. Юность совпала с установлением Советской власти.

В автобиографии Наймушин писал: 1920-1923 гг. – батрак; 1923-1925 – возчик артели «Гуж»; 1925-1927 – крепильщик в шахте Прокопьевске; 1927-1929 – возчик завода в Алма-Ате; 1929-1931 – проходчик горных разработок на Кавказе; 1931-1937 – студент Московского горного института; 1937-1941 – инженер, начальник производственно-распорядительного отдела Наркомтяжпрома, затем Главгидроэнергостроя; 1941– 1954 – начальник строительства электростанций в Йошкар-Оле, Брянске, Карелии, Камской ГЭС; с сентября 1954 – начальник Братскгэсстроя.

Коллеги вспоминали его как немногословного, едко остроумного, могучего и мудрого человека. Его шутки на совещаниях и планерках ходили как народный фольклор. Он хотел казаться неприступным и в основном это ему удавалось. Но были люди, на которых его сердитый взгляд из-под густых серых бровей не действовал. Таким он симпатизировал больше.

Кто и как нашел для Братскгэсстроя Наймушина? Не было у него ни кума, ни свата в правительстве и никакого блата, а были за плечами трудные годы да тяжелые стройки военного и послевоенного времени. Алексей Николаевич Марчук, главный инженер строительства Усть-Илимской ГЭС, в своих воспоминаниях говорит, что Наймушина выбрала система. Партийная система подбора, подготовки и расстановки кадров. В данном случае, она сработала объективно и безошибочно. Иван Иванович первым прорубал топором дорогу своей машине к Падуну через узкую гужевую тропу, сдал Братскую ГЭС государству с оценкой отлично и возглавлял Братскгэсстрой до самой своей гибели в приангарской тайге, всего за год до пуска Усть-Илимской ГЭС.

Выросший от беспризорника до депутата Верховного Совета РСФСР, Наймушин беззаветно служил Отечеству, был убежденным коммунистом, прекрасно понимал все достоинства и недостатки взрастившей его системы и умело их использовал в интересах порученного дела.

Сложными были годы учебы. В 1931 году Наймушина как лучшего производственника, интересующегося новой техникой, направляют на рабфак в Ростов. Поступление далось нелегко. Он дважды не прошел по конкурсу на рабфак – не мог написать диктант. Чтобы изучить русский язык, он засел переписывать роман Толстого "Война и мир". Ночами засыпал за столом, а назавтра принимался снова. После окончания рабфака поступает в Сухумский горный техникум, а затем в Московский горный институт, закончил его Иван Наймушин в 1937 году. Во время учебы были трудные моменты, о чем свидетельствует интересный документ, хранящийся в музее истории Братскгэсстроя:

"В Дирекцию МГИ от студента 1-й группы УЭО 1 курса Наймушина И. И.

Заявление

Настоящим прошу о выдаче мне пособия, ибо со дня приезда на испытания я вынужден был продать необходимые мне вещи, дабы приступить и продолжить учение. Прошу не отказать в просьбе, т. к. я крайне нуждаюсь. 19.10.1932 г. Наймушин».

Случай стал поворотным моментом в его жизни. Как-то двадцатипятилетний проходчик стал нечаянным свидетелем собрания горных инженеров шахты, где он добывал уголек. Ивана поразил не сам предмет дискуссии, а то, как специалисты вели разговор. Это была совершенно иная среда, незнакомая, но притягательная. Именно тогда он решил для себя, что будет учиться. До конца жизни Иван Иванович Наймушин был благодарен одному из тех участников собрания в клубе шахты. Инженера звали Петр Ильич. Он и подготовил способного шахтера к поступлению в техникум, а еще через пять лет в 1937 году Иван закончил Московский горный институт. В числе пяти лучших выпускников Наймушина затребовали на работу в наркомат тяжелой промышленности. У бывшего беспризорника начиналась другая жизнь.

В августе 1941 года Наймушин был назначен начальником строительства тепловой гидроэлектростанции в Йошкар-Оле на реке Кокшаге. А Котельнич, к слову сказать, в древние времена назывался Кокшаров. Осенью 1943 года электростанция дала ток. И даже много лет спустя эту электростанцию в Йошкар-Оле называли “наймушинской”. Потом были другие города, другие стройки, но самой главной стала Братская ГЭС. 

О начальнике “Братскгэсстроя” по сей день ходят легенды. Он обладал высоким чувством требовательности к себе и к подчиненным. На работу брал проверенных делом организаторов, которых знал лично, доверял им, не опекал по мелочам, но и не допускал панибратства. На стройке не было чехарды отставок и назначений, особенно в руководстве, не было потерь времени на "вход в курс дела", быстро и смело продвигались к руководству молодые специалисты. На всех этапах стройки была ясность в главных задачах. Там, где по утрам чаще появлялся Иван Иванович, там было главное направление и суровый спрос. Спрос не фиксировался в приказах и трудовых книжках, достаточно было крепкого слова Наймушина, чтобы ситуация исправилась. У него хватало смелости нарушить вышестоящее указание, если оно не соответствовало его представлению о пользе дела. Так было, например, со строительством капитальной дороги на Усть-Илим, которую он строил наперекор выговорам, в том числе и от председателя Совета министров. Государственный интерес лежал в основе всех его поступков.

Зимой 1960 года Иван Иванович Наймушин с группой руководителей на санном поезде отправился к створу будущей ГЭС - к Толстому мысу, расположенному на левом берегу Ангары у посёлка Невон. Как гендиректор Братскгэсстроя, он полностью руководил началом стройки. При этом не забывал о людях: создавал условия для работы и проживания, стал инициатором строительства многих объектов соцкультбыта. Поэтому не удивительно, что в городе улица Наймушина появилась одной из первых. Город Усть-Илимск с нее и начинался.

Еще один штрих, характеризующий этого человека. Как-то известный строитель Игорь Михайлович Пашков заболел и лечился в Иркутске. Вышел в парк погулять, смотрит: идет главный врач больницы с Иваном Наймушиным и секретарем парткома А. И. Саврицким. Поздоровались. Иван Иванович в хорошем настроении, шутил. Спросил, как дела. Встреча была непродолжительной. Он посоветовал, как необходимо себя вести, чтобы лучше шло лечение. В конце добавил: "Ничего страшного у тебя нет, я спрашивал у врача. Возьми себя в руки". Как потом оказалось, причина заболевания Пашкова была в том, что он восемь лет не был в отпуске, организм не выдержал. С тех пор его раз в полгода отправляли в отпуск. А Пашков был благодарен Наймушину за то, что, казалось бы, такой занятой человек нашел время, чтобы навестить и подбодрить его.

Проработавший много лет с легендарным начальником стройки один из его сподвижников А. Нагнойных вспоминал: "Наймушин в числе приглашенных участвовал в пуске Волжской ГЭС, и там в присутствии начальников всех гидростроек Союза председатель госкомиссии спросил: “А как у вас дела Иван Иванович?” - “На двойку”,- ухмыльнулся тот. 

– “Это как же понимать?”, возмутился чиновник из Москвы. 

– “Это значит в два раза мощнее, в два раза быстрее и в два раза дешевле!” – отрезал Наймушин.

Действительно, Братская ГЭС была построена в рекордные сроки и единственная в стране окупила себя полностью уже к моменту сдачи госкомиссии. Это был единственный случай в СССР, когда такая грандиозная стройка обошлась государству дешевле сметной стоимости.

Начальник Братскгэсстроя терпеть не мог совещаний. Вопросы решал только с теми, кто был компетентен в данном вопросе, а решения принимал единолично, возлагая всю ответственность на себя. Был момент, когда потребовалось построить еще одну внеплановую ЛЭП. Все чертежи составили в Братске своими силами, шло согласование с проектировшиками в столице.

Если хочешь завалить дело - согласовывай, - попенял Наймушин начальнику управления строительства линий электропередач Зимину. А потом ему же очень жестко: “Приступай к рубке просеки. Немедленно. И создавай СМУ, чтобы выйти на всю трассу”.

Наймушин по своей натуре не был ведомственным человеком. Он был стратегом и мыслил масштабно. Приехав строить Братскую ГЭС, Наймушин занимался комплексным развитием этого региона Сибири, нарушая при этом существующие правила игры. Москва в любой момент могла его обвинить в нецелевом расходовании средств. Ведь он умудрился строительство в Усть-Илимске финансировать за счет удешевления строительства Братской ГЭС. Причем, не в ущерб главному делу и людям, которые трудились на этой великой стройке.

Своих подчиненных начальник Братскгэсстроя проверял делом. Задачи порой ставил такие заковыристые, выполнение которых позволяло составить правильное представление о человеке. Выдержавший экзамен оставался и дальше осваивать “школу Наймушина”. А у главного диспетчера стройки стало правилом: собирать самую дотошную информацию о тех людях, кем заинтересовался начальник, вплоть до их увлечений во время отдыха.

В 1965 году Наймушину было присвоено почётное звание "Заслуженный строитель РСФСР", в 1966 году удостоен звания Героя Социалистического Труда. Иван Иванович был лауреатом Ленинской и Государственной премий. За свой труд он награжден тремя орденами Ленина, орденом Красной Звезды, Октябрьской Революции, многими медалями и почётными знаками. В 1973 году Постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР присуждена премия Совета министров за разработку проекта и строительство корпусов электролиза на Братском и Красноярском алюминиевых заводах. В 1961 и 1972 годах был награжден большими золотыми медалями ВДНХ. Четырежды избирали Иван Ивановича в Верховный Совет РСФСР и столько же раз коммунисты Братскгэстроя избирали его в Иркутский обком КПСС. Был делегатом четырёх съездов партии (19, 20, 22 и 23-й). Авторитет его среди простого трудового люда был просто неоспоримо огромен.

Сам Наймушин, по свидетельству близко знавших его людей, любил охоту, рыбалку, с удовольствием копался в собственном огороде. Так случилось, что семья не поехала с ним из столицы в Сибирь. Для него самым важным была его работа, а жена Анна считала своим долгом дать сыну и дочери хорошее образование.

Официально Наймушин не был разведен, но фактически в Братске у него возникла вторая семья. Женщину, ставшую ему женой и другом, звали Клавдией. Они и погибли вместе, когда возвращались с отдыха домой в Братск. Кому-то из друзей Наймушина, летевших вместе с ним, захотелось еще побродить по тайге. Посадка вертолета оказалась неудачной. Зацепившись за кроны деревьев, машина загорела. Погибли Наймушин, Клавдия и еще один человек. Остальным повезло больше. Случилось это 1 сентября 1973 года.

Его похоронили возле плотины Братской ГЭС, памятник изготовили под руководством скульптора Юрия Русинова. После того, как покрывало упало, многие вздрогнули, они увидели прекрасный скульптурный портрет Наймушина, выполненном в самом трудном и вечном материале – диабазе. 

"Глагол" предлагает посмотреть 26-минутный фильм цикла "Люди РФ", посвященный почетному гражданину города Братска. 

На фото 1969 года: Иван Наймушин и Николай Банников

Использованы материалы порталов Братска и Усть-Илимска

Подписывайтесь на наш Telegram-канал

24.03.2020


Новости партнеров

Северная столица